view counter
 

АВТОРИЗАЦИЯ

СЕЙЧАС НА САЙТЕ

1 пользователь и 14 гостей

Пользователи на сайте

 

«Природными ресурсами нельзя управлять при помощи таблиц»

Александр Гуринович

Одним из главных событий международной конференции «Копытные в изменяющемся мире», стал доклад Павла Гештовта, в котором он призвал изменить подход к управлению дикими животными, сложившиеся в Беларуси, и перейти на принципы адаптивного управления. О том, что оно собой представляет, о целесообразности подкормки и отношении к хищникам мы поговорили с соавтором доклада — известным охотоведом Александром Гуриновичем.

Как вы сами понимаете термин «адаптивное управление»?

— Приходилось читать много литературы на эту тему, так что для меня данный термин более или менее понятен. Благодаря интернету в последнее время стало доступно больше статей. Но еще до того как я стал интересоваться научными вопросами, работая в Белорусском обществе охотников и рыболовов, долгое время занимался изучением систем управления охотничьим хозяйством в разных странах мира. Поэтому мне уже давно известно, что в Германии — одной из самых передовых стран в плане ведения охотничьего хозяйства, которая славится большим поголовьем копытных и развитыми охотничьими традициями,  —  вообще не проводятся учеты животных, вместо этого используются методы адаптивного управления. В Скандинавских странах также не считают животных по головам, а просто вычисляют определенные индексы. Причем это касается тех видов, добыча которых нормируется. В отношении мелкой дичи (зайцев, тетеревов и других) они лишь ведут статистику, сколько было добыто за сезон.

Но вернемся к крупным копытным. Например, во время охоты на лося ее участники отмечают количество встреч с животными, т.е. используются определенные индикаторы, которые ничего не говорят о численности того или иного вида, но хорошо отражают тенденции. Если в одних и тех же местах при одинаковой интенсивности охоты стало встречаться больше дичи, ее популяция растет. Если повреждаемость лесных культур или количество аварий с участием копытных становятся неприемлемо высокими, на уровне муниципалитетов (т.е. по нашим меркам на уровне районов), принимается решение, что делать с численностью местной популяции. Если нужно ее уменьшить, то просто увеличивают квоту на отстрел, грубо говоря, с 200 до 250 лосей. Если после этого ситуация не улучшилась, нужно еще больше нарастить добычу.

Однако это не значит, что адаптивное управление использует метод проб и ошибок. Определение квот на отстрел сопровождается биологической оценкой, в которой участвуют специалисты, способные предусмотреть последствия для популяционной динамики. Вот так в первом приближении выглядят адаптивные подходы к управлению копытными.

Могут ли они сочетаться с более привычными для нас методами, основанными на подсчете численности?

— Такое совмещение отчасти возможно, если мы не будем относиться к цифрам, получаемым в результате учетов, как к абсолютной истине. Это просто один из инструментов, с помощью которого грамотный специалист может сделать оценку и впоследствии использовать ее для принятия решения. Я не говорю, что, например, учеты по следам вообще не нужно делать. Однако их результаты рациональнее не переводить в абсолютную численность, а использовать как индикатор. Если в одно и то же время при одних и тех же погодных условиях следов становится больше, то мы можем предположить, что популяция растет, и наоборот. Могут действовать и другие факторы, которые также необходимо учитывать. Для этого следует понимать, какие процессы происходят в природной среде.

На опыте своей 25-летней работы в БООР, а также в секторе охотоведения и ресурсов охотничьей фауны НПЦ НАН Беларуси по биоресурсам могу сказать, что беда Беларуси в том, что наши чиновники не понимают одной простой вещи: природными ресурсами нельзя управлять при помощи таблиц, в которых написано, какой процент животных можно изъять при определенной численности. Среда обитания везде разная. Плотность в пять лосей на тысячу гектаров в одном месте может быть высокой, а в другом — недостаточной. Изучить это очень сложно.

В последнее время на Западе появилось немало публикаций, где говорится о том, что мы можем дать лишь приблизительную оценку того, насколько данная среда обитания подходит для того или иного вида. Определить жестко, что у вас тут должно быть три или пять лосей на 1000 гектаров и ни в коем случае больше или меньше, — это совершенно неверный подход, против которого и был направлен наш совместный с Павлом Гештовтом доклад. Мы должны четко знать, что хотим получить, и использовать для этого современные методы биологического управления. Охотоведы должны быть грамотными. В Беларуси уровень их подготовки остается низким, даже в университете. Я сам когда-то учился охотоведению. Нам объясняли только, что такое волк, что такое лось, чем они питаются, а наука изучает взаимосвязи и последствия, на которые мы можем влиять путем управления. С этим у нас пока слабо. Популяционную экологию в Беларуси не изучают. Это серьезный пробел, который можно заполнить, но для этого нужно желание и понимание самой сути проблемы.

В нашей системе управления копытными (назовем ее условно советской) подкормка является одним из краеугольных камней. Как вы сами к ней относитесь?

— У подкормки есть как положительные, так и отрицательные эффекты. Поэтому решать, требуется ли она, следует в каждом конкретном случае индивидуально. Точно не нужно использовать практикуемый у нас подход, когда в проекте охотустройства пишут, что вы должны на такую-то площадь выделять столько-то сена. Получается, что мы кормим не животных, а гектары. Нужно исходить из конкретной ситуации, которая существует в данный момент. Если мы, например, в какую-то местность завезли оленей и они еще не успели адаптироваться, то животным на первых порах требуется поддержка. В этом случае подкормка необходима. Однако ее следует прекратить, как только популяция заполнит определенные ниши и начнет расти. Мы не должны стремиться к тому, чтобы дикие копытные превращались в полудомашних животных. Чем они ближе к естественной среде обитания, тем лучше.

У меня сложилось впечатление, что в Беларуси с помощью подкормки пытаются искусственно увеличить численность копытных на определенной территории.

— Чтобы доказать, что подкормка действительно влияет на численность копытных, нужно проводить многолетние исследования на разных территориях, где подкормка есть и где она полностью отсутствует. До вспышки АЧС считалось, что белорусская популяция дикого кабана составляет порядка 80 тыс. особей. Из них ежегодно отстреливалось 30 тыс. При этом численность данного вида росла довольно медленно, хотя известно, что его продуктивность составляет от 100 до 150% в год. Получается, что белорусские охотники отстреливали лишь порядка 40%. Куда девалось все остальное? Получается, что мы не использовали даже тот естественный прирост, который был. Тогда зачем нужна подкормка, которая стоит денег? Лет пять назад численность дикого кабана достигла своего верхнего предела. Об этом говорят вспышки классической чумы свиней, которые начали отмечаться еще раньше. В Беларуси многие вещи доводят до абсурда, когда, например, законодательно заставляют проводить подкормку.

Охотпользователь должен сам решать, нужна ли она. Может, его устраивает сложившаяся ситуация. Некоторые любят охотиться с гончими, и им не нужна высокая плотность косули. В этом и заключается смысл адаптивного управления, которое должно учитывать человеческий фактор и местные условия. В каждом районе могут быть свои охотничьи традиции, это касается даже такой относительно небольшой страны, как Беларусь. Нельзя мерить всех одним мерилом.

В нашей стране сложилось негативное отношение к крупным хищникам. Каков ваш взгляд на эту проблему?

— В течение долгих десятилетий у нас существовал упрощенный взгляд на хищников. Между тем международная наука давно установила определенные закономерности в системе «хищники — копытные». Я говорю сейчас только о ней, поскольку влияние того же волка на мелкие виды дичи не столь значительно. Если популяция копытных увеличивается, то хищники способны только замедлить рост, поскольку их численность не может расти так же быстро. Если случилась эпизоотия и популяция копытных находится в депрессивном состоянии, то воздействие на нее хищников неизбежно усиливается. Но даже в этом случае нельзя относиться к тому же волку упрощенно и говорить, что он все поедает. Необходимо отслеживать популяционную динамику и при необходимости снижать численность хищников.

Можно ли рассматривать борьбу с волком в Беларуси как борьбу с пищевым конкурентом?

— В какой-то мере да. Однако сегодня в международном научном сообществе доминирует взгляд, согласно которому, истреблять волка нельзя, поскольку мы должны поддерживать высокий уровень биологического разнообразия. Следует лишь контролировать его численность, но не делать из волка вредный вид, который мешает нам охотиться. Взаимоотношения между хищниками и жертвами всегда очень сложны, и их необходимо постоянно отслеживать, помня о том, что все виды имеют право на существование.

 

Беседовал Андрей БОРОДИН

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы прокомментировать этот материал.

КОММЕНТИРОВАТЬ С ПОМОЩЬЮ FACEBOOK

КОММЕНТАРИИ ЗАРЕГИСТРИРОВАННЫХ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ (24)

Hunter аватар
Offline
Hunter | 6 Октября 2016 - 23:58

Не дает точного подсчета животных ЗМУ, не даст его и «принцип адаптированного управления» пока будут разрешены практически повсеместно, охота с гончими, загонная охота и охота на пушные виды зверей. А последняя, это вообще смешно. Кому нужна сейчас пушнина? В Беларуси есть пушные аукционы? Просто прописанное Правилами охоты положение дающее возможность одним попросту за «воздух» брать деньги, вторым же возможность заниматься браконьерством. И пока будут существовать эти три вида свободных охот, позволяющих собакам кошмарить все живое в лесу, ни один зверь не сможет адаптировано пребывать в местах своего обитания, даже если он в этих местах родился и вырос. Не стоит приводить примеры Европейского запада, где загонные охоты одна, две в году, а не четыре в неделю на протяжении четырех месяцев подряд. Где отношение лиц причастных к дикому зверью и к охоте, имеет совсем другие обязанности и уровень знаний. Пока присущая большинству злая закономерность «отбить» затраченное за право на охоту любой ценой, и любыми способами, никогда не сделает охотника любителем природы. Свернуть проблему на волка, завести Уголовное дело за арфаграфические ошибки в охотничьих путевках и разовых разрешениях, ужесточить все до безумия- это наше!

Павел Гештовт аватар
Offline
Павел Гештовт | 7 Октября 2016 - 11:04

Полностью разделяю точку зрения Александра Владимировича

air1 аватар
Offline
air1 | 7 Октября 2016 - 12:37

В Беларуси: все устройство жизни подчинено чиновникам (народ для чиновника); численность диких животных остается на порядок меньше, чем в Германии, Швеции, Польше и др. странах; менталитет населения в отношении к природе сильно отличается (в худшую сторону) от менталитета населения стран западной Европы, северной Америки; уровень жизни населения Беларуси на порядок ниже чем на "загнивающем" западе; браконьерство продолжает процветать (см. отчеты инспекции). До тех пор пока общее состояние всего сущего в нашей стране не выровняется с западной Европой (и  чиновник станет на самом деле слугой народа) невозможно перейти к адаптивному управлению популяциями диких охотничьих животных. На это потребуется жизнь 2-х поколений.

Об адаптивной моделе управления дикими охотничьими животными, подсмотренной на западе, Гуринович, а потом и Гештовт  говорят лет 10. А воз и ныне там. Все модели требуют практической проверки. Возьмите отдельное охотничье хозяйство (например, Красный бор) реализуйте на практике эту модель (согласовав свои действия, как и положено в нашей стране, со всеми чиновниками). Получите убедительные результаты, а потом распространение польется по всей Беларуси. Даже чиновники будут рады. Иначе голый популизм.
 

Nun аватар
Offline
Nun | 7 Октября 2016 - 13:33

А што вы хочаце, як нехта сказаў вельмі дакладна - краіна чыноўнікаў, міліцыі і дворнікаў.

Алекс аватар
Offline
Алекс | 12 Октября 2016 - 09:37

На конференции я специально задавал всем выступающим представителям Западной Европы (будем их так называть) один вопрос: кто у Вас  определяет лимиты изъятия охотничьих животных? Ответ был один: Государство в лице какого-либо ведомства или муниципалитета. Кто же делает это у нас? Пользователь охотничьих угодий! Причем этот пользователь и сам считает и сам планирует. При этом планы эти никто не согласовывает!!! Че хочу то и ворочу! Кто проверяет как ресурс используется действительно?! Да никто! Попытки наити "блох" в бумаках в расчет не берутся....   А ресурс то государственный.... Поэтому помоему у нас самый "демократичный" и "адаптивный" метод управления ресурсами (для пользователей).... 

Game manager аватар
Offline
Game manager | 13 Октября 2016 - 02:19

Алекс писал:

На конференции я специально задавал всем выступающим представителям Западной Европы (будем их так называть) один вопрос: кто у Вас  определяет лимиты изъятия охотничьих животных? Ответ был один: Государство в лице какого-либо ведомства или муниципалитета. Кто же делает это у нас? Пользователь охотничьих угодий! Причем этот пользователь и сам считает и сам планирует. При этом планы эти никто не согласовывает!!! Че хочу то и ворочу! Кто проверяет как ресурс используется действительно?! Да никто! Попытки наити "блох" в бумаках в расчет не берутся....   А ресурс то государственный.... Поэтому помоему у нас самый "демократичный" и "адаптивный" метод управления ресурсами (для пользователей).... 

Александр,

Вы же, надеюсь, понимаете, что ответ на вопрос во многом зависит от того, как он сформулирован. Ответ, который Вы получили на прямой вопрос, достаточно предсказуем - конечно государство. Потому что мне, к примеру, известна только одна страна Западной Европы, где  государство НЕ устанавливает лимиты изъятия - это Великобритания, там всё решает владелц земли.

Вопрос не в том, что государство устаналивает лимиты изъятия, а в том, каков механизм принятия решений, на основании которых государство устанавливает лимиты. (Кстати, не везде лимиты, в Германии устаналивают ПЛАН изъятия копытных, который обязателен для исполнения). 

Государство - слишком размытое, в данном случае, понятие. Правильнее сказать, что лимиты устанавливают органы или организации, которым государство ПО ЗАКОНУ передает полномочия по установлению этих лимитов.

 Как это устроено в некоторых европейских государствах, я писал лет десять назад в статьях в Лесном и Охотничьем хозяйстве. В Финляндии за это время только немного поменяли (перевод Закона прилагаю также).

Я предполагаю, что Вы хотели сказать ( и в этом случае я с Вами полностью согласен) - в Беларуси действительно нет уполномоченного государственного органа, не зависящего от охотпользователей, который бы реально и, главное, профессионально ( нужны специалисты) отслеживал и управлял использованием ресурсов диких животных в стране.

Я понимаю, что у государства нет денег на очередной орган, но, как видно из приведенных статей,  в других странах такие органы содержатся не за счет бюджета, а за счет тех, кто охотится. Госпошлину все платят, за охотоустройство, лицензии  и т.п. А создание такого органа давно назрело, но, видимо, никто не хочет ничего менять.

 

Прикрепленный файлРазмер
модель охотничьего хозяйства.doc 58.5 кб
модель охотничьего хозяйства.doc 58.5 кб
Закон об управлении дикими животными и охотой.doc 118 кб
модель.doc 63 кб
Egalitist2 аватар
Offline
Egalitist2 | 16 Октября 2016 - 22:28

Алекс писал:

На конференции я специально задавал всем выступающим представителям Западной Европы (будем их так называть) один вопрос: кто у Вас  определяет лимиты изъятия охотничьих животных? Ответ был один: Государство в лице какого-либо ведомства или муниципалитета. Кто же делает это у нас? Пользователь охотничьих угодий! Причем этот пользователь и сам считает и сам планирует. При этом планы эти никто не согласовывает!!! Че хочу то и ворочу! Кто проверяет как ресурс используется действительно?! Да никто! Попытки наити "блох" в бумаках в расчет не берутся....   А ресурс то государственный.... Поэтому помоему у нас самый "демократичный" и "адаптивный" метод управления ресурсами (для пользователей).... 

Пример того, как по-разному люди воспринимают одно и то же событие. Я слышал в их ответах одно и то же - госорганы решают с охоторганизациями, и т.п. Я, в связи с этим, одному у скандинавов и задавал вопрос: нет ли у него ощущения усиливающегося разрыва, когда он проводит тонкие детальные исследования миграции оленей, а потом квоты устанавливаются не на его расчетах, а совещанием заинтересованных лиц, в том числе, но отнюдь не исключительно представителями госорганов?  

Game manager аватар
Offline
Game manager | 17 Октября 2016 - 00:26

Egalitist2 писал:

Я, в связи с этим, одному у скандинавов и задавал вопрос: нет ли у него ощущения усиливающегося разрыва, когда он проводит тонкие детальные исследования миграции оленей, а потом квоты устанавливаются не на его расчетах, а совещанием заинтересованных лиц, в том числе, но отнюдь не исключительно представителями госорганов?  

И что, интересно, от ответил?

Hunter аватар
Offline
Hunter | 10 Ноября 2016 - 22:53

air1 писал:

Об адаптивной моделе управления дикими охотничьими животными, подсмотренной на западе, Гуринович, а потом и Гештовт  говорят лет 10. А воз и ныне там. Все модели требуют практической проверки. Возьмите отдельное охотничье хозяйство (например, Красный бор) реализуйте на практике эту модель (согласовав свои действия, как и положено в нашей стране, со всеми чиновниками). Получите убедительные результаты, а потом распространение польется по всей Беларуси. Даже чиновники будут рады. Иначе голый популизм.
 

Да не будет ни какой адаптивной модели управления . Имеет место в настоящее время только одна «модель»- это полный развал охотничьего хозяйства , которая набирает темпы своей реализации в виде «Закрепления охотников за угодьями». И проводится эта «модель» на угодьях арендованных БООР. Так как они занимают большую часть всех охотничьих угодий Республики. Взять просто и раздать эти угодья в частные руки сразу не решились, возникнет много шума и поднимутся великие недовольства среди людей, владеющих оружием. Зачем это нужно? Ведь можно сделать все проще. Насильно «закрепить» всех за угодьями, обложить непосильным трудом и немыслимой платой за пользование этими угодьями, без учета платежей за добычу животных, охотничьи путевки и членство в БООР. И люди от непосильной ноши и финансового не состояния сами будут вынуждены отказаться от охоты как таковой. А потом можно смело заявить о том, что всем был дан шанс на пользование , в том числе и на разные модели, включая адаптивные. Но никто ими не смог воспользоваться и потому настала пора раздать охотничьи угодья в руки тем, кто сможет вести « эффективное их управление». Придет время, и увидим, кто этому буду рады.

Павел Гештовт аватар
Offline
Павел Гештовт | 10 Ноября 2016 - 23:56

Алекс писал:

На конференции я специально задавал всем выступающим представителям Западной Европы (будем их так называть) один вопрос: кто у Вас  определяет лимиты изъятия охотничьих животных? Ответ был один: Государство в лице какого-либо ведомства или муниципалитета. Кто же делает это у нас? Пользователь охотничьих угодий! Причем этот пользователь и сам считает и сам планирует. При этом планы эти никто не согласовывает!!! Че хочу то и ворочу! Кто проверяет как ресурс используется действительно?! Да никто! Попытки наити "блох" в бумаках в расчет не берутся....   А ресурс то государственный.... Поэтому помоему у нас самый "демократичный" и "адаптивный" метод управления ресурсами (для пользователей).... 

В этом и есть вся абсурдность ситуации в области управления дикими животными в Беларуси. Я бы даже сказал абсурдность в квадрате. То что абсолютно бесполезно и не нужно у нас контролируют на все 100% (считают пересечения в карточках учета, проверяют росписи в ведомостях прохождения инструктажа перед учетом, требуют четкого соблюдения проекта охотоустройства c доведенными "оптимальными численностями" и т.д.). А вот то что на самом деле необходимо осуществлять государственным органам (конечно же совместно со всеми заинтересованными сторонами)  отдано на откуп охотпользователям.

Алекс писал:
Кто же делает это у нас? Пользователь охотничьих угодий! Причем этот пользователь и сам считает и сам планирует. При этом планы эти никто не согласовывает!!! Че хочу то и ворочу! Кто проверяет как ресурс используется действительно?! Да никто!

Так что, получается что Вы признаете тот факт, что за десять лет мы так и не смогли создать эффективную систему управления ресурсами диких животных?

На мой взгляд этого и не могло произойти, так как те кто мог изменить ситуацию к лучшему заблудились в трех соснах – учетах, «оптимальных» численностях и площадях обитания. 

Алекс писал:
Попытки наити "блох" в бумаках в расчет не берутся....

Не согласен. Этот «поиск блох» еще как необходимо брать в расчет. Этот «поиск блох» у многих профессионалов искренне преданных своему любимому делу, напрочь отбил желание работать в охотничьем хозяйстве. У нас столько наплодили за последние годы документов что четко соблюсти все постановления, ТКП и т.д. невозможно. Вопрос – кто и зачем создал столько «бумажек» для «поиска блох»? Возьмем хотя бы последний ТКП по охотустройству.

Всю сложность и абсурдность нашей системы управления я очень хорошо ощутил на себе когда работал охотоведом в охотничьем хозяйстве «Белый Бор». Здесь хочется выразить отдельные слова благодарности (на полном серьезе, без сарказма) Василию Ачаповскому за предоставленную возможность опять окунуться в реалии охотоведческой жизни. Искреннее спасибо, эта возможность мне дала многое. Самое сложное было не в том чтобы мотаться между кафедрой и охотничьим хозяйством расположенным в 90 км от Минска, при этом делать все чтобы на основном месте работы не дай Бог не узнали, а в том чтобы соблюсти все необходимые требования инструкций. И в конце концов я – достаточно молодой человек, владеющий неплохо компьютером, имеющий уже на тот момент ученую степень, работающий на кафедре охотоведения старшим преподавателем был вынужден уволиться, так как я не был полностью уверен в том что я четко и правильно выполняю все требования документов. Хотя все Правила, ТКП и постановления были перечитаны и вычитаны мной десятки, а может, сотни раз. А что тут говорить про простого охотоведа в лесхозе или БООРе.

Павел Гештовт аватар
Offline
Павел Гештовт | 10 Ноября 2016 - 23:53

Egalitist2 писал:

Алекс писал:

На конференции я специально задавал всем выступающим представителям Западной Европы (будем их так называть) один вопрос: кто у Вас  определяет лимиты изъятия охотничьих животных? Ответ был один: Государство в лице какого-либо ведомства или муниципалитета. Кто же делает это у нас? Пользователь охотничьих угодий! Причем этот пользователь и сам считает и сам планирует. При этом планы эти никто не согласовывает!!! Че хочу то и ворочу! Кто проверяет как ресурс используется действительно?! Да никто! Попытки наити "блох" в бумаках в расчет не берутся....   А ресурс то государственный.... Поэтому помоему у нас самый "демократичный" и "адаптивный" метод управления ресурсами (для пользователей).... 

Пример того, как по-разному люди воспринимают одно и то же событие. Я слышал в их ответах одно и то же - госорганы решают с охоторганизациями, и т.п. Я, в связи с этим, одному у скандинавов и задавал вопрос: нет ли у него ощущения усиливающегося разрыва, когда он проводит тонкие детальные исследования миграции оленей, а потом квоты устанавливаются не на его расчетах, а совещанием заинтересованных лиц, в том числе, но отнюдь не исключительно представителями госорганов?  

yes

Game manager аватар
Offline
Game manager | 11 Ноября 2016 - 04:09

Hunter писал:

 

 Да не будет ни какой адаптивной модели управления . Имеет место в настоящее время только одна «модель»- это полный развал охотничьего хозяйства , которая набирает темпы своей реализации в виде «Закрепления охотников за угодьями». И проводится эта «модель» на угодьях арендованных БООР. Так как они занимают большую часть всех охотничьих угодий Республики. Взять просто и раздать эти угодья в частные руки сразу не решились, возникнет много шума и поднимутся великие недовольства среди людей, владеющих оружием. Зачем это нужно? Ведь можно сделать все проще. Насильно «закрепить» всех за угодьями, обложить непосильным трудом и немыслимой платой за пользование этими угодьями, без учета платежей за добычу животных, охотничьи путевки и членство в БООР. И люди от непосильной ноши и финансового не состояния сами будут вынуждены отказаться от охоты как таковой. А потом можно смело заявить о том, что всем был дан шанс на пользование , в том числе и на разные модели, включая адаптивные. Но никто ими не смог воспользоваться и потому настала пора раздать охотничьи угодья в руки тем, кто сможет вести « эффективное их управление». Придет время, и увидим, кто этому буду рады.

 

Затронутый Вами вопрос безусловно важный и интересный сам по себе, но он не имеет никакого отношения к обсуждаемому здесь вопросу адаптивного управления.

Управлять ресурсами, причем грамотно, с учетом научных знаний и выработанных лучшими практиками подходов, нужно при любой системе   - хоть частных хозяйств, хоть государственных, хоть обществ охотников, хоть кружков, хоть вообще при отсутствии охотхозяйств. Это как бы две стороны системы управления охотой и пользования  ресурсами дичи - социально-организационно-правовая и биологическая.

Game manager аватар
Offline
Game manager | 11 Ноября 2016 - 04:23

Game manager писал:

Egalitist2 писал:

Я, в связи с этим, одному у скандинавов и задавал вопрос: нет ли у него ощущения усиливающегося разрыва, когда он проводит тонкие детальные исследования миграции оленей, а потом квоты устанавливаются не на его расчетах, а совещанием заинтересованных лиц, в том числе, но отнюдь не исключительно представителями госорганов?  

И что, интересно, от ответил?

Сергей Павлович Матвейчук на мой вопрос не ответил, видимо потерял надежду, что сайт восстановится и перестал на него заходить.

Я постараюсь сам ответить, как я это понимаю. Проблема в том, что термин адаптивное управление уже начинают упоминать, то есть привыкать к нему как к данности. А вот суть его далеко не все правильно понимают. И Сергей Павлович, думаю, в том числе.

 

Совещание заинтересованных лиц - это, в английском есть такой термин, stakeholders, все, кто имеет право и желает принимать участие в управлении данным ресрсом, чьи интересы он затрагивает. Не только "охотпользователи". Вот эти заинтересованные лица, организаванные в соответствии с законом соответствующей страны, устанавливают конкретные цели управления ресурсом.

Цели могут быть разные, в зависимости от местных условий, например: уменьшить потравы сельского и лесного хозяйства на столько-то процентов, или уменьшить столкновение животных с автотранспортом, или увеличить количество животных, разрешенных к отстрелу охотой на столько-то, или увеличить процент удовлетворения охотников от охоты, или увеличить выход животных с лучшими трофейными качествами (все это могут быть разные "охотничьи" цели, не буду вдаваться в подробности), или  увеличить првлекательность местного ландшафта для привлечения туристов путем увеличение встречаемости животных и т.д. и т.п.

Задача биолога по дикими животным, специалиста по управлению, проанализировать состояние ресурса, динамику, и т.п. и, в соостветствии с поставленными целями, предложить возможные варианты решения такой задачи, или невозможность ее решения, или предложить альтернативные варианты и т.п.

После того, когда многие факторы учтены. и задача поставлена, только тогда наступает черед адаптивного управления - как достигнуть поставленной цели или целей, и путем решения каких задач, или мероприятий.

Планируются некие предполагаемые действия, которые  могут способствовать решению задачи, и затем после окончания каждого биологического года должен быть проведен мониторинг результатов, проанализированы текущие результаты, и, при необходимости, внесены изменения в план метоприятий. Если данных не хватает, можно и нужно провести некоторые дополнительные прикладные исследования. И цикл повторяется до выполнения программы  поставленных задач, или невыполнения по каким-то причнам. Причины невыполнения также должны быть проанализированны и сделаны выводы, чтобы учесть при дальнейшем планировании задач. Таким образом осуществляется так называемое learning by doing, то есть обучение путем делания, но не просто методом тыка или проб и ошибок, а на основне анализа и прогнозирования с учетом существующих научных знаний.

Вот в этом и есть  суть адаптивного управления, если очень кратко и упрощенно.

Раньше ( да собственно и сейчас) цель была одна - достижения "оптимальной численности" и такого процента  отстрела животных, чтобы этой оптимальной или постепенно достичь, или уменьшать численность, чтобы держать в пределах оптимальной.

Современная научная парадигма отрицает наличие всяких оптимальных состояний, тем более которые можно заранее расчитать. Популяция и необходимые ей для существования ресурсы может иметь множество уровней стабильных состояний в одном и том же месте, или быть вовсе нестабильной и колебаться под воздействием множества факторов. Поэтому нужно постоянное отслеживание и анализ изменений и состояния популяций насколько это возможно. Но для этого нужны конечно грамотные биологи по диким животным, специализирующиеся на вопросах управления ресурсами, и их нужно готовить по современным программам соответствующей профессии. Которую практически нужно создавать в Беларуси.

Поэтому краеугольный столп "советского охотоведения", вокруг которого была построена вся система и нарисованы "научно обоснованные" таблицы оптимальтных плотностей, производительности угодий и т.п,  оказался  чушью и пшиком, никак и никем научно не доказанным и в конце концов отторгнутым в цивилизованним мире.

Поэтому "тонкие детальные исследования миграции оленей" нужны, во-первых,для накопления научных знаний о них, чтобы, возможно было их учитывать при управлении, или это мог быть частный случай прикладного исследования, призванный решить конкретную управленческую задачу.

 

shimtchuk аватар
Offline
shimtchuk | 11 Ноября 2016 - 10:03

"Управлять ресурсами, причем грамотно, с учетом научных знаний и выработанных лучшими практиками подходов, нужно при любой системе - хоть частных хозяйств, хоть государственных, хоть обществ охотников, хоть кружков, хоть вообще при отсутствии охотхозяйств. Это как бы две стороны системы управления охотой и пользования ресурсами дичи - социально-организационно-правовая и биологическая."
Александр Гуринович.

Я,охотовед "советской школы",подписываюсь под словами Александра.
Поверьте,учится никогда не поздно. Мы тупо шли по "болоту охотоведения"и не понимали ,что рядом уже проложена тропинка,дпже тропа(новые знания) по которой уже давно ходят,и радуются жизни соседи.
Труднее всего признавать свои ошибки,но все равно когда то придется...

shimtchuk аватар
Offline
shimtchuk | 11 Ноября 2016 - 10:10

Game manager писал:
Game manager писал:

Egalitist2 писал:

Я, в связи с этим, одному у скандинавов и задавал вопрос: нет ли у него ощущения усиливающегося разрыва, когда он проводит тонкие детальные исследования миграции оленей, а потом квоты устанавливаются не на его расчетах, а совещанием заинтересованных лиц, в том числе, но отнюдь не исключительно представителями госорганов?  

И что, интересно, от ответил?

Сергей Павлович Матвейчук на мой вопрос не ответил, видимо потерял надежду, что сайт восстановится и перестал на него заходить.

Я постараюсь сам ответить, как я это понимаю. Проблема в том, что термин адаптивное управление уже начинают упоминать, то есть привыкать к нему как к данности. А вот суть его далеко не все правильно понимают. И Сергей Павлович, думаю, в том числе.

 

Совещание заинтересованных лиц - это, в английском есть такой термин, stakeholders, все, кто имеет право и желает принимать участие в управлении данным ресрсом, чьи интересы он затрагивает. Не только "охотпользователи". Вот эти заинтересованные лица, организаванные в соответствии с законом соответствующей страны, устанавливают конкретные цели управления ресурсом.

Цели могут быть разные, в зависимости от местных условий, например: уменьшить потравы сельского и лесного хозяйства на столько-то процентов, или уменьшить столкновение животных с автотранспортом, или увеличить количество животных, разрешенных к отстрелу охотой на столько-то, или увеличить процент удовлетворения охотников от охоты, или увеличить выход животных с лучшими трофейными качествами (все это могут быть разные "охотничьи" цели, не буду вдаваться в подробности), или  увеличить првлекательность местного ландшафта для привлечения туристов путем увеличение встречаемости животных и т.д. и т.п.

Задача биолога по дикими животным, специалиста по управлению, проанализировать состояние ресурса, динамику, и т.п. и, в соостветствии с поставленными целями, предложить возможные варианты решения такой задачи, или невозможность ее решения, или предложить альтернативные варианты и т.п.

После того, когда многие факторы учтены. и задача поставлена, только тогда наступает черед адаптивного управления - как достигнуть поставленной цели или целей, и путем решения каких задач, или мероприятий.

Планируются некие предполагаемые действия, которые  могут способствовать решению задачи, и затем после окончания каждого биологического года должен быть проведен мониторинг результатов, проанализированы текущие результаты, и, при необходимости, внесены изменения в план метоприятий. Если данных не хватает, можно и нужно провести некоторые дополнительные прикладные исследования. И цикл повторяется до выполнения программы  поставленных задач, или невыполнения по каким-то причнам. Причины невыполнения также должны быть проанализированны и сделаны выводы, чтобы учесть при дальнейшем планировании задач. Таким образом осуществляется так называемое learning by doing, то есть обучение путем делания, но не просто методом тыка или проб и ошибок, а на основне анализа и прогнозирования с учетом существующих научных знаний.

Вот в этом и есть  суть адаптивного управления, если очень кратко и упрощенно.

Раньше ( да собственно и сейчас) цель была одна - достижения "оптимальной численности" и такого процента  отстрела животных, чтобы этой оптимальной или постепенно достичь, или уменьшать численность, чтобы держать в пределах оптимальной.

Современная научная парадигма отрицает наличие всяких оптимальных состояний, тем более которые можно заранее расчитать. Популяция и необходимые ей для существования ресурсы может иметь множество уровней стабильных состояний в одном и том же месте, или быть вовсе нестабильной и колебаться под воздействием множества факторов. Поэтому нужно постоянное отслеживание и анализ изменений и состояния популяций насколько это возможно. Но для этого нужны конечно грамотные биологи по диким животным, специализирующиеся на вопросах управления ресурсами, и их нужно готовить по современным программам соответствующей профессии. Которую практически нужно создавать в Беларуси.

Поэтому краеугольный столп "советского охотоведения", вокруг которого была построена вся система и нарисованы "научно обоснованные" таблицы оптимальтных плотностей, производительности угодий и т.п,  оказался  чушью и пшиком, никак и никем научно не доказанным и в конце концов отторгнутым в цивилизованним мире.

Поэтому "тонкие детальные исследования миграции оленей" нужны, во-первых,для накопления научных знаний о них, чтобы, возможно было их учитывать при управлении, или это мог быть частный случай прикладного исследования, призванный решить конкретную управленческую задачу.

 


Спасибо за разъяснение Александр. Я перенесу в феесбук к себе на страницу.

Hunter аватар
Offline
Hunter | 11 Ноября 2016 - 17:35

Game manager][quote=Hunter писал:

Затронутый Вами вопрос безусловно важный и интересный сам по себе, но он не имеет никакого отношения к обсуждаемому здесь вопросу адаптивного управления.

Управлять ресурсами, причем грамотно, с учетом научных знаний и выработанных лучшими практиками подходов, нужно при любой системе   - хоть частных хозяйств, хоть государственных, хоть обществ охотников, хоть кружков, хоть вообще при отсутствии охотхозяйств. Это как бы две стороны системы управления охотой и пользования  ресурсами дичи - социально-организационно-правовая и биологическая.

Я согласен с вами. Да не имеет.
Но мне интересно, как охотнику, чем и кем будут управлять охотоведы-биологи и на основании чего делать учеты, если на большей территории Республики «пустыня». А если и завелось, что либо живое(отбилось от основного стада), то это живое существо, непременно прикончат в первый же год освоения угодий. Вот в чем беда. Да, вы умные люди, напишете планы управления, учета, хозяйствования. Но разумного хозяйствования где? На небольших, в том числе коммерческих угодьях, на которых арендатор на 100% сам заинтересован в ваших научных доводах. А как же быть с основной охотничьей территорией Республики ? В тех лесах и полях ,где понятие выращивания и разведения связано с глобальным вопросом-« Для кого?».Как быть, если на этих охотничьих территориях существует приоритет и принцип жизнедеятельности, такой как, « Чем просить и унижаться лучше с….. и молчать». Вот и все ваше адаптированное управление. Зверь ну ни как не будет успевать расти и размножаться на облюбованных им местах, при его активном «коммерческом» изъятии. Я ни чуть не сомневаюсь в том, что Гуринович и Гештовт разумные, образованные люди ,имеющие высокие навыки и понятия в управлении диким животными. Но польза от ваших ученых действий пока только теоретическая. Я понимаю, что и реки не стали пробивать свои русла вчера , и с животным миром нужно обходится по другому , и ни кто не запрещает брать примеры от Европейцев, сумевших поставить отрасль охотничьего хозяйства на высокий уровень. Но согласитесь со мной, что ни одни научные доводы не исправят положение, пока заинтересованный пользователь(в том числе и охотник) не будет жить в финансовом достатке.

Game manager аватар
Offline
Game manager | 11 Ноября 2016 - 22:20

Hunter писал:
Я согласен с вами. Да не имеет. Но мне интересно, как охотнику, чем и кем будут управлять охотоведы-биологи и на основании чего делать учеты, если на большей территории Республики «пустыня». ...........Я ни чуть не сомневаюсь в том, что Гуринович и Гештовт разумные, образованные люди ,имеющие высокие навыки и понятия в управлении диким животными. Но польза от ваших ученых действий пока только теоретическая. Я понимаю, что и реки не стали пробивать свои русла вчера , и с животным миром нужно обходится по другому , и ни кто не запрещает брать примеры от Европейцев, сумевших поставить отрасль охотничьего хозяйства на высокий уровень. Но согласитесь со мной, что ни одни научные доводы не исправят положение, пока заинтересованный пользователь(в том числе и охотник) не будет жить в финансовом достатке.

С Вашими доводами трудно не согласиться........... если всё рассматривать только с точки зрения сиюминутного результата.

Ситуация в белорусском охотничьем хозяйстве сроду ситуации в экономике. Если сегодня даже САМ  провозгласит целью отказаться от продолжения построения "социалистического рынка" и провозгласит целью  построить "настоящую" рыночную экономику по лучшим мировым образцам, понадобится несколько десятилетий, чтобы исправить ситуацию. Включая необходимые социально-политические преобразования многих государственных институтов, без которых никакого рынка не будет. Но вначале нужно ПРИЗНАТЬ несостоятельность и ошибочность существующнй модели и принять решение о необходмости хотя бы начала перехода к другой, предварительно хотя бы набросав очертания того, к чему нужно стремиться.

Так и в охоте и охотничьем хозяйстве - если реформы начать уже сегодня, то возможно только через десятилетие - два  всё и повсеместно приобретет "приличный" вид. Но признать ошибочность существующих подходов и определиться к чему следует стремиться нужно уже сегодня, вернее нужно было еще вчера. А в промежутке делать все необходимые шаги - образовательные, организационные, правового регулирования. Умы охотничьего истеблишмента нужно "заострить" как минимум, у кого это вообще возможно.  Сразу ничего не будет. Но это не причина отказываться от стремления к лучшему на основе современных научных знаний и лучших мировых практик в этой сфере. Пока же всё очень плохо даже на уровне понимания существования проблем и их причин и сути.

 

 

Hunter аватар
Offline
Hunter | 14 Ноября 2016 - 13:49

Game manager][quote=Hunter писал:

Так и в охоте и охотничьем хозяйстве - если реформы начать уже сегодня, то возможно только через десятилетие - два  всё и повсеместно приобретет "приличный" вид.

Ни в коем случае я не хочу уколоть Вас «выдернутыми» словами. Просто они подошли к увиденному негодованию. Вот это и есть метод « адаптивного» управления охотничьими видами. http://www.belhunter.org/forum/index.php?topic=35534.690;topicseen
Слезы наворачиваются на глаза от культуры охоты и жадности к наживе. Сколько загублено животных? Если самки, то они как минимум имеют от одного до двух эмбрионов, и сколько бы они дали потомства, если самцы, то какого они могли быть или стать трофейного качества?
Фотографию можно описать просто, « Одни наелись, вторые разбогатели», а природа и вид понесли невосполнимый ущерб. Можно развивать пасквиль и дальше, но надо ли? Это всего лишь к тому, что будет и как будет, когда управлять станут самостоятельно «кружки» на закрепленных территориях. Почему то в Эстонии охота на косулю ведется до тех пор, пока самцы носят рога. А в некоторых странах вообще не знают понятия об загонной охоте.
У охотников, как к охоте, так и к дикому животному миру вообще какое то странное отношение;
-вот я хочу загонную охоту потому, что она мне нравиться,
- я, хочу везде охотится с гончими и лайками потому, что я их содержу ими торгую, я в этой области эксперт,
-и т.д. И опять вернусь к тому, что Наука не должна стоять на месте. И способы управления должны быть обоснованы только с точки зрения науки. Но существующую реальность положения дел в области охоты, при всех к ней научных подходах, думою, что нужно учитывать не последней.

viber image.jpg
Egalitist2 аватар
Offline
Egalitist2 | 20 Ноября 2016 - 07:27

Game manager писал:

Game manager писал:

Egalitist2 писал:

Я, в связи с этим, одному у скандинавов и задавал вопрос: нет ли у него ощущения усиливающегося разрыва, когда он проводит тонкие детальные исследования миграции оленей, а потом квоты устанавливаются не на его расчетах, а совещанием заинтересованных лиц, в том числе, но отнюдь не исключительно представителями госорганов?  

И что, интересно, от ответил?

Сергей Павлович Матвейчук на мой вопрос не ответил, видимо потерял надежду, что сайт восстановится и перестал на него заходить.

Я постараюсь сам ответить, как я это понимаю. Проблема в том, что термин адаптивное управление уже начинают упоминать, то есть привыкать к нему как к данности. А вот суть его далеко не все правильно понимают. И Сергей Павлович, думаю, в том числе.

Да, я не дождался конца сбоя работы сайта.

Представление Александра Владимировича о том, что я неправильно понимаю адаптивный менеджмент – неадаптивноcool. Это, как если бы популяционный эколог сказал, что промышленный эколог неправильно экологию понимает. Просто разные подходы. Александр считает (и излагает здесь соответствующую версию), что ключевые решения, вроде определения проблем и целей, принимаются заинтересованными сторонами, лицами (stakeholders) вне адаптивного менеджмента («заинтересованные лица <…> устанавливают конкретные цели управления ресурсом»), а «адаптивный менеджер» уже работает по этим без него определенным целям: «Задача биолога по дикими животным, специалиста по управлению, проанализировать состояние ресурса, динамику, и т.п. и, в соответствии с поставленными целями, предложить возможные варианты решения». Я считаю, что это позиция биолога-подсобника. Охотоведы на то и охотоведы, а не (только) биологи, чтобы уметь работать не только с животными, но и с людьми, участвовать не только в исполнении, а и в принятии решений, определении целей. В России польза такого подхода хорошо видна по разнице осмысленности управления отраслью в регионах, где «охотуправления» возглавляются охотоведами и/или имеют в штате охотоведческое ядро, и в регионах, где в госуправлении отраслью засели какие-нибудь отставники-полицейские, бизнесены и т.п. Для меня определение целей включено в понятие адаптивного менеджмента.

Собственно, это позиция классика адаптивного менеджмента возобновимых ресурсов Карла Уолтера (Walters, C.J. 1986. Adaptive Management of Renewable Resources. Macmillan Publishers Ltd, Basingstoke. URL: http://pure.iiasa.ac.at/2752/1/XB-86-702.pdf)

«Наконец, я займусь трудностями отграничения проблем, подлежащих анализу [в рамках адаптивного менеджмента], чтобы придти к тревожному выводу об отсутствии естественных границ: сама постановка проблемы является адаптивным процессом» «Finally, I will turn to the difficulties of bounding problems for analysis, to draw the disturbing conclusion that there are no natural boundaries; the very definition of a problem is itself an adaptive process.» (Р. 14). Первая после введения глава книги Уолтера об адаптивном менеджменте так и называется «Определение целей, ограничений и проблемы» («Objectives, Constraints, and Problem Bounding»).

Взял наугад несколько статей, находящихся в свободном доступе, чтобы можно было дать ссылку для тех, кто захочет проверить.

Вот из Университета штата Вашингтон пишут в лохматом 1996 году: «Концепция адаптивного управления подчеркивает важность социального взаимодействия и достижения консенсуса при принятии управленческих решений» (стр. 446 в: McLain, R. J., & Lee, R. G. (1996). Adaptive management: promises and pitfalls. Environmental management, 20(4), 437-448. URL: https://goo.gl/7kGTty).

Есть варианты, когда адаптивный менеджмент подразделяется на менеджмент воздействий, в рамках которого определяются базовые и вспомогательные цели, а менеджмент ресурсов работает над тем, «как достичь вспомогательных целей, и ищет оптимальный вариант управления» (стр. 698 в: Enck, J. W., Decker, D. J., Riley, S. J., Organ, J. F., Carpenter, L. H., & Siemer, W. F. (2006). Integrating Ecological and Human Dimensions in Adaptive Management of Wildlife-Related Impacts. Wildlife Society Bulletin, 34(3), 698-705. URL: https://goo.gl/7kGTty). И в этом варианте адаптивный менеджмент включает определение целей. Речь идет о «вовлечении заинтересованных сторон непосредственно в процесс адаптивного  менеджмента» (там же, стр. 703), они внутри, а не снаружи.

Среди авторов, в основном исследователей из нескольких университетов, крупный чиновник из Службы рыбы и дикой природы, один из авторов, к слову, системного изложения Североамериканской модели сохранения диких животных.

Да множество таких мнений. При этом, подчеркиваю – я отнюдь не хочу сказать, что Александр Владимирович «неправильно понимает парадигму». Я видел немало публикаций, где и его подход поддерживается, особенно часто, когда авторы – чистокровные (pure) биологи, которые не знают и знать не хотят проблем управления, или наоборот, когда авторы – высокие чиновники, которые считают, что уж они-то, великие политики, цели определят без охотоведов, охотоведческое дело телячье - исполнять.

Другое дело, что при некоторых режимах последний вариант – единственный реалистичный, и там охотоведы вынуждены выполнять волюнтаристские решения, но все же, я думаю, что это вынужденное ограничение охотоведов работой по внешне поставленным целям не следует принимать за естественное – мол, такова концепция адаптивного менеджмента. Другое дело, что многие охотоведы не знают азов государственного управления, конечно, им ближе практическая работа в охотхозяйствах, что не обязывает всех охотоведов избирать эту достойную стезю (немало моих знакомых охотоведов, кстати, сейчас второе высшее получают по гос- и муниципальному управлению).

Да, в сущности, связывая продвижение адаптивного менеджмента с отказом от целей достижения оптимальных численностей и т.д., Александр сам фактически выступает за мой подход: ведь он вмешивается в определение целей, что, по его мнению, за рамками адаптивного менеджмента. Будь он на самом деле «адаптивным менеджером» в его понимании, он должен был бы с нескрываемым удовольствием «в соответствии с поставленными целями, предложить возможные варианты» достижения любых оптимальных численностей, каких stakeholders ни пожелают.

Это так, концептуальное уточнение. В главном Александр Владимирович и Павел Антонович, конечно, правы: табличные иллюзии – удел арифметиков-курощупов, охотоведы понимают сложность систем и вероятностный характер результатов. И, наверное, правы в том, что не рисуют конкретные картинки светлого будущего: у книги Уолтерса, о которой говорил, эпиграф из «Введения к общему системному мышлению» Вайнберга: «Первый шаг к знанию – признание невежества». Этот шаг еще не сделан.

Павел Гештовт аватар
Offline
Павел Гештовт | 21 Ноября 2016 - 15:42

     Уважаемые коллеги, у меня создается ощущение что мы искусственно усложняем понимание адаптивного управления. Этого делать категорически не надо, так как человеку свойственно отторгать или отрицать то что он не понимает. Я считаю что здесь не стоит вдаваться в теоретические тонкости и ухудшать восприятие информации.

     Безусловно, без четко изначально поставленной цели невозможно развивать адаптивное управление. На то оно и адаптивное ( т.е. приспосабливающееся) управление для целей и нужд человека, которые вполне могут меняться в процессе самого управления под влиянием экологических, социальных, экономических и иных факторов. Т.е. сами цели управления для одной и той же территории и популяции могут меняться в зависимости от сложившихся условий. Безусловно, цели управления это неотъемлемая часть адаптивного управления. Начальная точка отсчета, как в целом для всего процесса, так и для отдельных «направлений» или «заданий».

    Уверен что Александр Владимирович это также хорошо понимает как и Вы Сергей Павлович. Скорее всего это «издержки» удаленного общения на форуме. Не более того.

Egalitist2 писал:

«Первый шаг к знанию – признание невежества». Этот шаг еще не сделан.

Приведенный Вами эпиграф Вайнберга очень к месту. И первый шаг, к большому сожалению, еще не сделан.

 

Game manager аватар
Offline
Game manager | 22 Ноября 2016 - 06:44

Я думаю, что наш спор с Сергеем Павловичем,  по сути, можно сравнить со спором о том, на каком Е в слове менеджмент правильнее ставить ударение - первом или последнем. В русской разговорной речи чаще употребляется с ударением на последнем Е, хотя по-английски правильно на первом, но это ровным счётом ничего не меняет в значении этого слова.

 На этом можно было бы спор и закончить, поскольку не существует предмета спора, коим могло бы, в данном случае, быть несогласие с самим принципом  адаптивного управления, а оно даже не просматривается.

Дискутируемые нюансы скорее всего не совсем понятны тем, кто не достаточно в теме. Но существует опасность, что само наличие разногласий может быть воспринято примерно таким образом - вас там, адептов адаптивного управления, пока пара-тройка человек и то вы спорите между собой, так кого слушать?........

Поэтому я всё же попытаюсь объяснить суть этих небольших разногласий, повторюсь, не меняющих самой идеи адаптивного управления. Тому же, кто заинтересован в углублении знаний по этому вопросу, возможно будет полезным с ними познакомиться.

Сергей Павлович  считает, что адаптивность в управлении дикими животными должна функционировать  уже на этапе постановки целей, и охотоведы должны быть активными, если не основными,  участниками этого процесса. И для этого они должны быть не только "биологами-подсобниками" умеющими работать с животными, но и "с людьми, участвовать не только в исполнении, а и в принятии решений, определении целей".

Я полностью согласен с такой позицией. В ней нет противоречий с тем, что писал я в своем посте. Я ведь описывал всего лишь примерную схему того, как должен работать механизм принятия решений при адаптивном управлении.

Дело в том, что в разных странах, и в разных юрисдикциях в этих странах, где такие подходы уже работают, алгоритм действий по принятию решений различается, и иногда достаточно существенно. Где-то , как мы их назвали, заинтересованные лица, определяющие цели управления, состоят из представителей различных групп  - охотники, землевладельцы, природозащтники, лесники и т.п. И ищут компромисы, с той или иной долей успеха.... А где-то  функции принятия решений возложены на конкретное ведомство, которое может опираться на мнение только каких-то более узких групп пользователей, где-то только землепользователи участвуют в принятии решений, а где-то только государственный орган, или только охотники или арендаторы "охотничьих угодий". Всё зависит от принятой в государстве модели управления ресурсами и степени развития гражданского общества и его активности.

Например, в США и Канаде,  откуда родом основоположники адаптивного менеджмента - Уолтерс и Холлинг - нет вообще охотоведов как таковых. Охотоведы (game managers) там появились в 40-х с подачи О.Лепольда, но на нем они и закончились, поскольку стали не просто менеджерами дичи, а биологами по дикими животным, призванными управлять ресурасми не только в целях охотников, но и в интересах всех граждан страны. И во многих других странах ( подозреваю, что нигде, но не совсем уверен) нет такой професии конкретно как охотоведы.

Поэтому кто должен принимать участие в решении вопросов установления целей управления должны решать политики, то есть законодатели. И если они не  будут включать в этот процесс наиболее продготовленных в этом вопросе  профессионалов - менеджеров диких животных - а оставят им только функции  "биологов - подсобников" то это будет просто глупо с их стороны.  Но такое всё же вполне возможно.

Я этим хотел лишь сказать, что участие охотоведов в установлении цели управления  вовсе не является условием возможности применения подходов адаптивного управления и их составной частью. Вот что писал Дейл МакКулаф ( или Маколау кому как нравится транскрипция) в своей статье "Уроки из  резервата Джордж":

"Цель управления популяцией оленя является всегда произвольной, не научной, что может быть огорчающей новостью для  некоторых биологов по диким животным и других менеджеров ресурсов, так же, как и простых граждан. Наука не принимает решений.  Это делают люди. И точки зрения различных групп пользователей  должны приниматься во внимание, поскольку они не могут управляться на научной основе.  Группы защитников природы интуитивно осознают, что  решения, принимаемые биологами и менеджерами,  скорее всего, пристрастны в сторону интересов  охотников, когда в качестве целей управления ставится  поддержание устойчивого  урожая (смотри Favre and Olsen 1982). В то время, как защитники природы все еще  имеют путь куда идти, и отвлекаются своими собственными лозунгами,  они явно  влияют на цели и задачи, используемые при управлении популяциями оленя.  

Когда цель уже установлена для конкретного участка   управления, тогда наука в форме кривой продуктивности (или какой либо сравнимой модели) – может быть использована  для развития программы для достижения цели и связанных с ней задач для популяции оленя".

McCullough, D.R. 1984. Lessons from the George Reserve, Michigan.

Pages 211-241 in Halls, I.K., editor. White-tailed deer: ecology and management.

Stackpole Books, Harrisburg, Pensilvania, USA

И раз уж Сергей Павлович упомянул здесь классика адаптивного управления Карла Уолтера, я тоже приведу выдержку из статьи, которую он написал совместно с Холлингом "Крупномамштабные управленческие эксперименты и обучение путем делания"

Large-Scale Management Experiments and Learning by DoingAuthor(s): Carl J. Walters and C. S. HollingSource: Ecology, Vol. 71, No. 6 (Dec., 1990), pp. 2060-2068

  "Когда политика определена, начинается управление и происходит тот же процесс проектирования и анализа, но теперь в среде, где должно быть предпринято действие, однако результат точно неизвестен.  Это то, где активное адаптивное управление может играть центральную роль, так как его предпосылка заключается в том, что знание системы, с которой мы имеем дело, с всегда является неполным".

То есть авторы явно разделяют принятие решений (политика) и затем адаптивные подходы к решению управленческих задач. Дело в том, что полное название адаптивного управления - adaptive natural resourse management, то есть адаптивное управление природными ресурсами конкретно.

То, что Сергей Павлович имеет в виду - участие охотоведов, и возможно других специалистов и групп интересов в подготовке и принятии решений, учитывающие не только биологические аспекты, но и социально - экономические, традиции и прочие, обычно называют наши западные коллеги human dimention in wildlife management - человеческое измерение в управлении дикими животными. На эту тему большие книги написаны, и это очень важная составляющая управления дикими животными в целом, но это не является составляющей адаптивного управления конкретными ресурсами.

Вот как я это вижу исходя из доступных мне источников.

Но это конечно мелочь по сравнению с  важностью той фразы, под которой я тоже подписываюсь:

«Первый шаг к знанию – признание невежества».

 

 

 

 

 

 

Egalitist2 аватар
Offline
Egalitist2 | 22 Ноября 2016 - 13:42

Павел Антонович и Александр Владимирович с присущей им деликатностью дали понять, что я ломлюсь в открытую дверь (П.А.: «Безусловно, цели управления это неотъемлемая часть адаптивного управления. <…> Уверен что Александр Владимирович это также хорошо понимает как и Вы Сергей Павлович») и завожу беспредметные споры (А.В.: «На этом можно было бы спор и закончить, поскольку не существует предмета спора»), вроде лилипутской вражды остроконечников и тупоконечников.

Павла Антоновича опроверг сам Александр Владимирович, настаивая на том, что сначала «принятие решений (политика) и затем адаптивные подходы к решению управленческих задач» (о том, что такой взгляд имеет поддержку в науке, я писал и, поскольку А.В. не указал цитируемых страниц и не дал гиперссылок, его источники разыскивать и изучать не стал).

Разногласия в наших (моих и, как я понял, П.А.) с А.В. подходах сохраняют силу, и я, во-первых, не считаю эти разногласия несущественными, во-вторых, не считаю их наличие затрудняющим чье-то восприятие; мне, к примеру, наоборот, многие сложные вещи понятнее из сопоставления взглядов на них с разных точек зрения.

Кроме того (вероятно, в отличие и от П.А., и от А.В.), я вообще не считаю адаптивный менеджмент ни сложной, ни совершенно новой для советских и постсоветских охотоведов идеей. Охотоведы уже десятилетиями ежегодно корректируют, например, объемы изъятия, адаптируя их по результатам отслеживания (мониторинга) численности животных и успешности охот, а также давления аграриев (потравы), ГАИшников и страховщиков (столкновения копытных с транспортом), и т.п. Проблема как раз в том, что адаптивный менеджмент не затрагивал постановку целей, идея эта нова для непрофессионального (хотя иногда и имеющего охотоведческие дипломы) «начальства», ставящего цели профессионалам (она для начальства, надо признать, и психологически трудно приемлема, поскольку исключает его непогрешимость).

Поясню на примере.

Лет пятнадцать назад руководить российским Охотдепартаментом пришел из следственного изолятора мэр районного приволжского городка, лесозаготовитель и заслуженный строитель А.И.Саурин. Он считал ведение охотничьего хозяйства коммерческой деятельностью, официально и публично требовал от охотхозяйств стать «центрами извлечения прибыли», в ожидании ее постреливал по всей стране копытных и медведей, а, не дождавшись, разочаровался в отрасли и удовольствовался тем, что сам перешел на более доходное местечко.

Следующий директор Охотдепартамента, В.В.Мельников, пришел из аутфиттеров и считал коммерческую трофейную охоту локомотивом охотничьего хозяйства, с соответствующими целеполаганиями. Через несколько лет он тоже, зигзагом через должность замминистра, удалился в вице-губернаторы Тверской области, а затем вообще из виду. Трофейная охота, как все понимают, в России не расцвела (не считая охотой стрельбы в загонах).

Главным результатом деятельности его сменщика на руководстве Охотдепартаментом, А.Е.Берсенева, также перешедшего недавно под крыло большого банка, стала утвержденная федеральным правительством долгосрочная Стратегия развития охотничьего хозяйства; в ней ставились, в частности, такие взаимоисключающие, в реальных обстоятельствах, цели, как форсирование закрепления охотугодий и повышение доступности охоты для массового охотника. Нормативно закреплены были также ежегодные показатели численности диких копытных животных для каждого региона страны, и звери, преодолевая прежние внутренние колебания, стали с облегчением двигать свою численность от цифры к цифре поставленного им плана.

Так вот, надежды Александра Владимировича на мудрого законодателя, ставящего охотничьему хозяйству глубоко продуманные, всесторонне обсужденные с охотоведами и другими заинтересованными лицами цели, возможно, реалистичны в Беларуси. В России, насколько можно судить, – нет.

И дело не в том, что наши российские руководители были непрофессиональны: А.Е.Берсенев имел охотоведческий диплом, а В.В.Мельников – даже диплом кандидата наук по охотоведению; у обоих до госслужбы был неслабый практический опыт. И не в том, что они были глупы (тут я, сам не будучи семи пядей во лбу, судить не берусь).

Дело как раз в том, что адаптивный менеджмент, фактически, при всех издержках и неполнотах, практикуемый на уровне охотхозяйств и даже регионов, не охватывал постановку целей. Поэтому они выдвигались как единственно верные, долгосрочные, неизменяемые, что в корне противоречит идее адаптивного, самонастраиваемого менеджмента: функционируй он на уровне выработки отраслевой политики, он бы (полу)автоматически корректировал или отсеивал нереалистичные цели.

Поэтому я, опираясь на российские наблюдения, считаю актуальным и принципиальным подход, согласно которому, как я писал, «определение целей включено в понятие адаптивного менеджмента» и, соответственно, в его механизмы.

Game manager аватар
Offline
Game manager | 23 Ноября 2016 - 05:08

Egalitist2 писал:

 поскольку А.В. не указал цитируемых страниц и не дал гиперссылок, его источники разыскивать и изучать не стал).

Как это я не дал ссылок? Да, страницу не указал, значит не стоит и во внимание принимать как довод? И зачем их разыскивать и изучать? Проверить что я там не наврал с переводом? Тем более я статью МакКулафа полный перевод публиковал в журнале Охота. Если интересны полные тексты статей в оригинале могу прислать на эл. почту. Это придирка какая-то несерьезная.

Egalitist2 писал:

Кроме того (вероятно, в отличие и от П.А., и от А.В.), я вообще не считаю адаптивный менеджмент ни сложной, ни совершенно новой для советских и постсоветских охотоведов идеей. Охотоведы уже десятилетиями ежегодно корректируют, например, объемы изъятия, адаптируя их по результатам отслеживания (мониторинга) численности животных и успешности охот, а также давления аграриев (потравы), ГАИшников и страховщиков (столкновения копытных с транспортом), и т.п. Проблема как раз в том, что адаптивный менеджмент не затрагивал постановку целей, идея эта нова для непрофессионального (хотя иногда и имеющего охотоведческие дипломы) «начальства», ставящего цели профессионалам (она для начальства, надо признать, и психологически трудно приемлема, поскольку исключает его непогрешимость).

Вы, Сергей Павлович, наверное решили постебаться тут слегка. Тогда нужно в конце абзаца смайлики ставить чтобы всем понятно было. А если это серьезно, то это совсем несерьезно.

Это получается как в известном анекдоте, когда жена пришла домой после врачебного обследования и сказала мужу - "то, что мы с тобой всю жизнь принимали за оргазм, оказалось бронхиальной астмой".

Адаптивный менеджмент предполагает целый ряд циклических и фиксируемых действий, включая постаноку конкретных, обязательно измеряемых, задач, разработку гипотез, в том числе альтернативных, мониторинг и тестирование получаемых результатов в единицах постановки цели и вытекающих задач, их анализ, и последующую (если требуется) коррктировку задач с учетом накопленных знаний и данных. Всё это требует научного подхода и знание приницпов управления, основанных на популяционной экологии и .т.п.

Выдавать за адаптивное управление вынужденное приспособление советских и теперешних охотоведов под то, как обойти инструкции и правила и сделать так, как кажется правильным - это ничето иное, как просто метод проб и ошибок с непредсказуемыми и нетестируемыми и никому неизвестными результатами.

Кстати,  все приведенные Вами примеры с бывшими начальниками российского  охотоуправления и привнесенными ими целями являются примерами уязвимой и неверной системы  государственного управления охотой и охотничьим хозяйством, и ни какого отношения к адаптивному управлению ресурсами не имеет. Адаптивное управление - это для решения конкретных местных управленческих биологических задач в условиях недостаточности знаний о ресурсе и его окружающей среде, которым управляют. Независимо от того, включена установка целей в сам процесс, или является предварительным условием адаптивного управления (предмет нашего спора).

Честно говоря, нет больше желания вдаваться в детали, поскольку без участия в таких дискуссиях представителей органов, от которых зависит то, какая модель управления будет применяться в стране, это всё пустое сотрясание воздуха, которое уже довольно долго ведется, в том числе на этом сайте, в узком ограниченном  кругу лиц, которые не имеют никаких полномочих по решению этих вопросов.

Egalitist2 аватар
Offline
Egalitist2 | 24 Ноября 2016 - 19:50

Александр Владимирович, я написал, что Вы не дали ГИПЕРссылок – они привели бы прямо к тексту, и не нужно было бы его искать (я к своим ссылкам сделал так и совершенно спокойно отношусь к тому, что меня проверят, я не Господь, чтоб мне верили на слово). Ссылки на страницу, откуда взята закавыченная цитата – норма цитирования, редакция любого приличного журнала завернет Вам статью, чтобы проставили страницы, и не потому, что они придиры, а потому, что многовековая практика эффективного и экономного обмена мнениями убедила в необходимости такого четкого указания. Когда цитата и оригинал на одном языке, и оригинал тегирован (содержит текстовой слой), найти нужный фрагмент бывает легко. Когда цитата переводная, чтобы найти соответствующий фрагмент текста оригинала, нужно просматривать (и бегло переводить!) его весь, а это может быть и 400-страничная книга. И дело не только в ошибках/искажениях, которые вполне возможны, но и в том, что бывает важен контекст, в котором было сделано то или иное утверждение. Например, статью («Large-Scale Management Experiments…») я нашел и прочел, она небольшая, и вижу, что там речь об экстремальных случаях, вроде катастрофы с озером Эри, где «политика» сводилась к признанию, наконец, властью необходимости что-то делать. Мы же ведем речь об адаптивном менеджменте в обычных, рутинных условиях.

Не знаю, почему Вам что-то (Вы не сказали, что) показалось несерьезным. Подставьте в свое описание адаптивного менеджмента («Адаптивный менеджмент предполагает целый ряд циклических и фиксируемых действий…») ежегодную процедуру лимитирования, квотирования, нормирования, и Вы увидите, что они совпадают один в один (лимит>охота>учет/мониторинг>корректировка>лимит, и опять по кругу). Серьезные охотхозяйственники и в условиях, когда они вынуждены фальсифицировать учетные данные, подгонять их под плохую официальную матрицу, выполняют параллельно две такие процедуры – одну для отчета, другую для себя, правильную (как юрлица, сдающие один бухгалтерский отчет, а для себя составляющие другой, как муж, делающий заначку от жены, и т.п.).

Поэтому не вижу преувеличения и, тем более, несерьезности в своем утверждении, что ИДЕЯ адаптивного менеджмента для нас не нова. Об «издержках и неполнотах» нашей адаптивной практики я тоже здесь говорил, как и о главной проблеме – неадаптивности государственного управления (применительно к России до Закона об охоте 2009 г. – и писал: например, https://goo.gl/ZeIHLR, вторая часть).  

Вы считаете достаточным и возможным адаптивное управление только на низовом уровне (правда, остается непонятным, зачем тогда Вы оспариваете политику достижения оптимальных численностей и проч., это, по защищаемым Вами представлениям, вне поля адаптивного менеджера), я – нет. Что ж, это нормально, обменялись мнениями.


ПОСЛЕДНИЕ ПУБЛИКАЦИИ
Новости Мнения
Статьи

 

АВТОР МАТЕРИАЛА

Александр Гуринович аватар

Имя
Александр Гуринович

Сфера деятельности
охотовед

ЛУЧШИЕ ФОТО НЕДЕЛИ

Сергей Козак
Рыбак
Рыбак
рейтинг: 10.0
Алла Эрдман
Дама ў чорна-белым
Дама ў чорна-белым
рейтинг: 10.0
Сергей Плыткевич
Красный бор. Тот случай, когда начинаешь жалеть, что вылез из машины...
Красный бор. Тот случай, когда начинаешь жалеть, что вылез из машины...
рейтинг: 10.0
Сергей Плыткевич
Красный бор. -32...
Красный бор. -32...
рейтинг: 10.0

САЙТЫ-ПАРТНЕРЫ

Предупреждение! Информация, расположенная на данном сервере, предназначена исключительно для частного использования в образовательных целях и не может быть загружена/перенесена на другой компьютер. Ни владелец сайта, ни хостинг-провайдер, ни любые другие физические или юридические лица не могут нести никакой ответственности за любое использование материалов данного сайта. Входя на сайт, Вы, как пользователь, тем самым подтверждаете полное и безоговорочное согласие со всеми условиями использования. Авторы проекта относятся особо негативно к нелегальному использованию информации, полученной на сайте.