Итоги 2017: экология глазами художников

Любовь Гаврилюк
журналист
0 2188 5 янв 2018

Не нарушая традиции подведения итогов, вспомним лучшие арт-проекты, посвященные проблемам окружающей среды. Возможно, в Беларуси мы видим их не так часто, но эта тенденция набирает силу, и все чаще именно через искусство общество приходит к пониманию экологических вызовов, необходимости адаптировать свой образ жизни к меняющимся условиям.

Хотелось бы оговориться, что наши итоги сугубо «наши», то есть проекты, увиденные автором в 2017 году, а создавались они иногда чуть-чуть раньше. 

Чемпион по селфи

Начнем с Пуппи в Бильбао: это 13-метровая цветочная собака Джозеффа Кунса, которая встретила меня у входа в Музей современного искусства Гуггенхайма. 

1.jpg 2.jpg

Кунса называют «самым успешным американским художником после Уорхола, для которого слово «китч» стало путеводной звездой». А Пуппи – вест-хайленд-уайт-терьер, но не суть: его силуэт просматривается отовсюду, контрастируя со сложными очертаниями музея работы архитектурной мега-звезды Фрэнка Гери.

Казалось бы, что может быть проще: ну, собака, ну, поверхность у нее из цветов, высаженных по технологии зеленой стены. Но Пуппи, и правда, самый обаятельный и привлекательный – срабатывает неожиданный эмоциональный эффект на фоне шедевров урбанистики Бильбао.

Кстати, Паук вблизи музея (от Луизы Буржуа, не менее известной в мировом искусстве, чем Кунс), и близко не сравнится с Пуппи. Зловещий, периодически выпускающий дым объект называется «Мама» – там сложная модернистская история об умершей матери, заботе, депрессии и т.д.

3.jpg

«Спасибо за дождь»

Режиссер Джулия Дар, 2017. Норвегия – Великобритания.


В программе недавнего фестиваля документального кино WatchDoc, который можно было посмотреть в кинотеатре «Мир», эта лента выделялась – локальными событиями, глобальной климатической проблемой и каким-то щемящим разочарованием, которое свойственно многим экологическим активистам по всему миру. 

«Спасибо за дождь» в Беларуси – не самый актуальный лозунг, но, как водится, в искусстве, которое не есть иллюстрация, картина о другом.

Известно, что потепление климата в ближайшее время будет проявляться усилением полярных явлений: там, где холодно, будет больше жестких морозных дней, а в засушливых районах жара станет еще более долгой и катастрофичной. И это уже происходит, например, в Кении.

Спасение – в посадках деревьев, и фермер Кисилу с этой целью основывает 47 (!) полевых школ. Все бы ничего, но школа – это учеба и волонтерская работа без оплаты, а люди должны трудиться, чтобы содержать свои семьи хотя бы на границе бедности. На каком-то этапе кенийцам помогли норвежские активисты. Кисилу и без них – явный лидер: особый склад мышления и характера заставляет его каждый раз надевать белую рубашку и рассказывать крестьянам, почему дождь смывает их поля маиса и саженцы папайи. Ассоциация фермеров отправляет Кисилу на Климатическую конференцию в Париж (2015), где после понятной эйфории его ждет огорчение: от ощущения игры, от «нас все увидели, но не услышали». С ощущением «мы – как инопланетяне на этой конференции», Кисилу возвращается в Кению и остается один на один со своей ответственностью – так как он ее понимает, и одиночеством – перед климатической проблемой, которая недоступна частным, одноразовым решениям. Фильм выводит эту проблему на высоту морально-этического выбора: каждый человек, каждая страна выбирает между активными действиями или «чувством нелюбви». И кто теперь скажет, что это не про Беларусь? 

Ай Вейвей всегда «против всех» 

Если одна из аксиом современного искусства – обмануть ожидания зрителей, то Ай Вейвей владеет этим навыком в совершенстве. Можно ли вообразить (обывателю), что огромный выставочный зал будет засыпан семечками (инсталляция «Sunflower seeds»)? А можно ли предположить, что их более 100 000 000, т.е. более 150 тонн, они фарфоровые и раскрашены вручную? 1600 человек это делали, мастера из города Цзиндэчжэнь, известного как «столица императорского фарфора».

4.jpg 5.jpg

Это именно так: видео документирует, как в далекой провинции добывают терракоту, далее следует процесс дробления, измельчения, транспортировки – рабочие, их инструменты, все процессы показаны во всей своей тяжелой, ремесленной красе.  

Работа продолжалась в полной тайне 2,5 года. Затем проект показали в ведущих галереях мира: в Лондоне и Нью Йорке. Семечки сначала можно было трогать, лежать на них (слой 10 см), но потом это запретили: все-таки керамика, ею можно пораниться, и специфическая пыль небезопасна для дыхания. Мне досталось уже решение с небольшим аквариумом у входа, где можно было поворошить sunflowers рукой и даже взять несколько на память.

Есть много пояснений к этому проекту: о том, что мало знать о Китае, его надо прочувствовать, потрогать природную часть; о роли индивидуальности в обществе, в этой серой массе, где каждый тем не менее уникален; о фальшивом и настоящем, которое всегда можно подменить. Плюс внутрикитайская символика культурной революции, пример традиционного материала в нетрадиционном применении, и т.д. 

Зачем это все? Вейвей всегда голосует «против всех», его креативность не похожа ни на чью другую. Он пишет: «Мое любимое слово – «действие». И настаивает, что, действуя, нужно пересмотреть все категории в искусстве.

В соседних залах – пророческий «Сад», огромные старые деревья. Они собраны из настоящих южнокитайских корней и стволов, а затем дополнены металлическими. Все «растут» из пола в потолок, все по 8 метров и по 14 тонн каждое – это зависит от того, сколько могут выдержать перекрытия между этажами галереи. Краснодеревщики и специалисты по металлу обработали (патиной-ржавчиной) деревья таким образом, что, если не видеть болты, скрепляющие брутальные конструкции, то и не поймешь, что это вообще такое.

Размеры и количество деревьев, мощь этого сада внушает смятение – там есть, наверное, более глубокая философия, но прежде всего это Сад будущего, если ничего не предпринимать. Сад из «Сталкера», только в более современном, зрелищном исполнении.

6.jpg 7.jpg

Самые смешные

Конкурс The Comedy Wildlife Photography Awards проводится ежегодно и нацелен на борьбу с браконьерством и другие серьезные задачи. Способ их решения такой: минимум три номинации: «На земле», «Под водой», «В воздухе» – и порядка 3500 фотографий от авторов из 86 стран мира.

BBC опубликовало фотографии победителей-2017.  

«Море в огне»: эстетика и смерть

Режиссер, оператор, сценарист Джанфранко Рози, 2016. Италия 

«Море в огне» с трудом можно называть документальным фильмом, и вообще в оригинале он называется «Огонь в море». Оба варианта – о невозможном, несвойственном, но очевидном.

Получив лидирующие позиции в Каннах, Золотого льва на «Берлинале-2016» и наконец, «Оскара-2017» (впервые в истории неигрового кино обе награды высшего уровня), фильм вышел в белорусский прокат на высокой волне зрительского внимания. По двум причинам: тема островного, приморского быта и сознания объединена здесь с мотивом миграционного кризиса. Поскольку остров этот – Лампедуза, 200 км от Сицилии.

Глазами мальчика Самуэле мы видим рыбацкий поселок, для которого море – это жизнь, климат, учеба, работа, пища, одежда, привычки, архитектура, отношения детей и взрослых. И доктор тут – всего один, и радиостанция одна. Зато береговая линия – сплошь лодки, катера, пирсы, суда береговой охраны.

Самуэле учится в школе, а в свободное время предоставлен сам себе – гуляет по безлюдному лесу, учится стрелять из самодельной рогатки. Его бабушка по радио передает приветы родным, которые ушли в море, а отец посылает Самуэле на вечно колеблющийся понтон, чтобы тот привыкал к морской качке. Будущее мальчика – тоже море: труд рыбака, тяжелый и зависимый от изменчивой погоды. Но зато незыблем домашний порядок, и если это – рай, то ад – рядом.

Параллельная линия – тоже почти рутинная, из жизни мигрантов, которые стремились сюда всегда. Невзирая на смертельный страх и жертвы, они преодолевают границы своих стран, и по морю прорываются на Лампедузу, землю обетованную. Отсюда их увозят куда-то дальше. В пути многие тонут, умирают от обезвоживания, болезней и химических ожогов. Тот самый единственный местный врач должен осмотреть всех, включая беременных женщин и безжизненные тела. Он с отчаянием несет свою ношу – кстати, все герои играют себя сами, с сохранением подлинных имен.

Благодаря выдающемуся документалисту Джанфранко Рози – это и художественная лента тоже, красивая и метафоричная. Не телерепортаж, а настоящий кинематограф. Если смотреть через призму экологии, море здесь – живая система координат, от пространства развития ребенка до опасного пути спасения. Определенный универсум, диктующий свет, звук, темпоритм существования. И пользуясь этой оптикой, смотреть ленту вдвойне интересно. А если отпустить воображение, опять вспоминается Тарковский, «Солярис», где не столько люди пытались изучать океан, сколько океан считывал их души и судьбы. 

Хороших вам в новом году фильмов, фотографий, выставок и книг – экологическая культура стоит того, чтобы смотреть на природу глазами художников!

Комментарии пользователей (0)
Оставьте ваш комментарий первым
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.