Отшельник и Музыкант: что думают о природе герои документальной программы «Лiстапада»

Любовь Гаврилюк
журналист
0 103 15 Ноя 2018

Хорошими новостями завершился «Лiстапад» для фильмов на экологическую тему. Блестящая картина Артема Москалева «Отшельник» (2018, Россия) получила приз представительства МГТРК «Мир», а жюри основного конкурса документалистов отметила фильм дипломом с формулировкой «За выдающиеся достижения».

И «Отшельник» того стоит.

Кто живет в лесу?


Первоначальный замысел режиссера состоял из трех историй об отшельниках из разных стран, включая Финляндию и Швецию. Но пример Виктора Степанова, поселившегося 22 года назад в лесу, в Новгородской области, оказался самым ярким. Он и остался единственным героем фильма. А тема возникла из информации на белорусском портале о белорусском отшельнике:

Да, в итоге сюжет получился с другим героем. Дело в том, что связаться с такими людьми невозможно и вторгаться к ним нельзя. Непонятно, примут ли они вас, и правильно ли вы поступаете, ведь они ушли от людей. Мы понемногу знакомились, очень осторожно разговаривали. Всего сделали три экспедиции, показали в фильме четыре времени года. Как мне кажется, в документалистике должен быть искренний контакт с героем, этот контакт становится частью фильма.

Но мы хотели выйти за рамки отдельной истории. Было интересно показать, как течет время для этих людей, как они отказываются от суеты и бессмысленности в своей жизни.

Нечто общее у них есть, хотя в фильм это не вошло. Все они куда любопытнее и активнее, чем их сверстники. Общаться им не с кем, и я очень удивился, но все слушают радио! Это творческие люди: они пишут стихи, картины, музыкусобственно, они и ушли в лес, чтобы всем этим заниматься. Виктор Степанов вручную раскорчевал широкую просеку, высадил множество растений – от пшеницы, ржи и кукурузы до каких-то редких и чуть ли не тропических. В этом – его творчество, он дипломированный лесничий, с большим стажем. Работал в институте лесного хозяйства в Сихоте-Алине, и у него была огромная плантация женьшеня, который он продавал в Китай. Но по каким-то причинам плантацию у него отобрали. Это тоже – общая черта отшельников: у них большой груз разочарований и обид, они способны на острые переживания. В какой-то момент им становится сложно терпеть гадость, серость и низость вокруг себя. Они чувствительные, но решительные, сильные люди, и они выбирают путь в лес. В выборе отшельника есть и сила, и слабость, недаром во многих культурах отшельничество уважают как особенный путь. Теперь они глубоко проникают в природу, живут в симбиозе с ней. Делают то, что имеет глубокое основание. А все неосмысленное становится лишним...

Что же вошло в фильм? Большая подготовка в работе оператора – отшельничество по определению предполагает дистанцию творческую, физическую и человеческую, в том числе, чисто технические вещи. Вошло утверждение Степанова, что в 1995 году он пришел в лес умирать: нужно было только выбрать место, и он выбрал родину своих родителей.

Река, высокий берег, убогий дом, дремучий лес и не дремучий человек. Он не расстается с собакой, но не хочет играть на камеру. Косвенно говорит о своей проблеме: «Боже, когда ж эта молчанка кончится?» Раз в несколько месяцев идет в город за пенсией. Читает стихи продавщице, заходит на кладбище и в парикмахерскую («Если кто меня полюбит и потребует, постригусь еще раз»). Рассказывает даме-милиционеру, что жить одному не опасно, в гости приходят медведи, красавица-косуля, барсуки, волки, лиса, кабаны.

О некоторых сценах фильма легко сказать, что они символичны: когда Степанов плывет против течения, наблюдает за большущим муравейником или подпевает песню про «миг между прошлым и будущим». Но они интересны сами по себе, авторы как раз уходили от легких трактовок и свели банальности к минимуму.

Руководитель документальной программы Ирина Демьянова отмечает, что «в фильме почти нет синхронов и нет музыки, но звучит сам воздух». Выбирая аскетичный черно-белый киноязык, режиссер выбирает не романтизм пейзажей, а внутренний поиск героя. Музыка придавала бы изображению свой ритм, энергию и интонацию, но режиссер отказывается от развлекательности и приходит к мысли, что отшельник живет внутри каждого из нас.

«Не могу делать вид, что ничего не замечаю»

Во внеконкурсной программе «МузыкаДок» (очень рекомендую на будущее внеконкурсные программы фестиваля) недвусмысленно прозвучала лента 2017 года «Рюити Сакамото: Кода» от режиссера Стивена Шибл. Он был продюсером оскаровских «Трудностей перевода» Софии Коппола, и на сей раз тоже поработал с оскаровским лауреатом.

Рюити Сакамото если не знаком нашему зрителю сам по себе, то хорошо известна его музыка в «Последнем императоре» Бертолуччи. Тогда (1988) Сакамото и получил «Оскара» как лучший композитор, а позже его саундтреки становились лучшими еще не раз, получая «Грэмми» и «Золотые глобусы». Сакамота сделал блестящую международную карьеру в музыке, был актером, успешно занимался продюсированием. В Японии его считают великим композитором, а в фильме он раскрывается как человек, имеющий свои личные подходы к творчеству.


Отчасти фильм отвечает на вопрос, почему и как люди искусства начинают откликаться на проблемы окружающей среды. А в Японии одна из них – энергетика и последствия Фукусимы, что роднит наши страны.

Экологические проблемы начали волновать меня примерно с 1992 года, а до этого я никогда не думал о социальных темах, тем более о том, что они станут влиять на музыку.

Я стал ощущать какую-то тревогу, угрозу, ведь художники – как животные, они все предчувствуют. Стал думать, что состояние окружающей среды не ухудшилось само, на него повлияла деятельность человека. Значит, его можно улучшить.

На моих глазах в 2001 году падали башни-близнецы, которые я видел из окна каждый день. Я стал фотографировать, и на фоне горящих зданий заметил птиц. Были ли они спокойны, пролетая мимо? Этот контраст природы и человеческой цивилизации потряс меня. В мире столько неравенства и противоречий – север и юг, богатство и бедность, мир и война – что я останавливаюсь на слове «пропасть». В ХХ веке ядерное оружие стало способом самоуничтожения человека, впервые среди живых существ. И от атомной бомбы уже трудно избавиться.

Один из любопытных моментов фильма – встреча композитора с «фортепиано, пережившим цунами». Его Сакамото исследует и наблюдает, как человека: «Оно вернулось к природной форме, и честно говоря, непонятно, как оно звучит. …Человек научился делать инструмент из дерева: придавать ему форму плиты, держать под большим давлением. Потом складывать в шесть слоев, готовить струны, и вот они зазвучали. Но природа стремится выйти из-под давления. Говорят, что после цунами фортепиано расстроено, но это не совсем так».

Сакамото много путешествует и комментирует это словами: «Мои размышления ведут меня сюда». Это помогает ему в сочинении саунд-инсталляций – так можно назвать его музыкальные опыты. Буквально каждый предмет в лесу или на море привлекает его с точки зрения звучания: это может быть дождь, песок, металлический лист или старые колокольчики. Его маршруты приводят к древнему озеру в Кении, «на место, откуда вышло человечество», и на Северный полюс, «на передовой рубеж глобального потепления». Во всем композитор находит универсальный язык природы и мифологический язык людей. Северный полюс для Сакамото – это «только белый цвет вокруг и чувство, что в любой момент ты можешь умереть… И ледяная вода – чистейший звук, который я когда-либо слышал…»

Наконец, Фукусима, 2014. Композитор ездил и туда, видел протесты людей, играл им свои футуристические мелодии. По фильму не очень понятно, в какой точно период жизни Сакамото перенес онкологическое заболевание, но это было недавно – понятно, что его физическое состояние и убеждения взаимосвязаны. Он рассказывает о болезни, он меняется визуально, плюс современная музыка – все это вместе создает совершенно непонятный эффект глубинной гармонии, буквально космической.

Фестиваль закончен, но оба фильмы стоит поискать в сети. Не пропускайте их в киноклубах и на афишах города – истории о природе иной раз больше говорят о людях, чем мы можем сказать сами.


Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.