«Торфяная промышленность никакой угрозы природе не несет»

Николай Бамбалов
заведующий лабораторией биогеохимии ландшафтов Института природопользования Национальной академии наук Беларуси, доктор сельскохозяйственных наук, академик
7 4096 1 Ноя 2011

Болота — жемчужина в коллекции природных сокровищ Беларуси. Слава о них простирается далеко за пределами страны, открывая перед республикой необъятные горизонты для экологического туризма. Но не только раскрученным брендом обязано «багне» наше государство. В послевоенные годы белорусская экономика поднималась из руин во многом за счет извлекаемого из болотных недр торфа. Доля торфяной энергетики в топливно-энергетическом балансе страны достигала 64%. Неслучайно когда-то БССР называли торфяным Донбассом. Сегодня в стремлении снизить зависимость от импортируемых энергоресурсов Беларусь вновь обращается к болотам как к источнику ценного сырья. А значит, природа и ее нужды отходят на второй план. Как в такой ситуации соблюсти баланс интересов и каким должно быть правильное отношение к главному природному ресурсу, мы попытались выяснить у заведующего лабораторией биогеохимии ландшафтов Института природопользования Национальной академии наук Беларуси, доктора сельскохозяйственных наук, академика Николая БАМБАЛОВА. — Николай Николаевич, вы возглавляете лабораторию в научном учреждении, которое до 1990 года именовалось Институтом торфа. Много знаете об этом полезном ископаемом. Расскажите, пожалуйста, какие перспективные направления вы видите в его использовании? — Торф — уникальный природный компонент и ресурс. Главным направлением его использования должна быть глубокая переработка — химическая, термическая, биологическая и прочие. Например, путем глубокой химической переработки из него получают десятки видов продукции для промышленности, сельского хозяйства, медицины, косметики, а также для выполнения работ по точному литью в машиностроении. Ценность торфу придают особые вещества — гуминовые кислоты, которые не встретить в живых растениях, так как они формируются лишь в процессе торфообразования. Они обладают рядом полезных свойств: биологической активностью, цветностью, способностью к взаимодействию с металлами и органическими веществами.

Продукты глубокой переработки торфа имеют бактерицидные и противовоспалительные свойства. Их используют при изготовлении медицинских, бальнеологических и косметических препаратов. Из торфа получают мази для лечения псориаза, лишаев, экзем, прежде считавшихся неисцелимыми, лекарства от глазных болезней, для ускорения заживления ран, срастания сосудов и нервных волокон после хирургических операций. На основе торфяного воска делают шампуни, средства для укрепления волос и борьбы с облысением, кремы от морщин и даже гипоаллергенную тушь для ресниц. Когда-то ее выпускал завод горного воска в Дукоре. Сегодня созданы перспективные препараты с противоопухолевой и противовирусной активностью.

Из этого полезного ископаемого производят натуральные красители — для древесины, бумаги, тканей, волокон. По интенсивности цвета и светостойкости они превосходят синтетические аналоги. Средства из торфяного воска хороши для полировки мебели, кожаных изделий, обуви.

Торф давно доказал свою прекрасную сорбционную способность. Его используют для очистки почв, загрязненных пестицидами, тяжелыми и радиоактивными металлами. Некоторые виды верхового торфа способны удерживать до 50 мг/г стронция, 105 мг/г цезия, 150 мг/г урана. Делают из него и различные сорбенты для очистки воды, ликвидации аварийных разливов нефти и нефтепродуктов. — Может, что-нибудь из этого списка взяли на вооружение наши очистные сооружения? — Городские — нет. Лишь на птицефабрике имени Крупской установили сорбент из малоразложившегося торфа. Он поглощает запахи, и на предприятии улучшился воздух. Результат не заставил себя ждать: куры перестали болеть, начали давать хороший привес, увеличили яйценосность, что обернулось экономическим эффектом.

Но это далеко не все. На основе модифицированного торфа разработаны питательные грунты для рассады овощных и декоративных растений и высадки ее на грядки, а также органические почвоулучшители — для выращивания зерновых, пропашных культур и газонных трав. Они хорошо сбалансированы и повышают устойчивость растений к неблагоприятным факторам среды, прекрасно держат воду и не требуют внесения минеральных удобрений. В них введены полученные из торфа биологически активные натуральные гормоны роста. Почвоулучшитель «Сатор» сертифицирован в Беларуси и ЕС, был апробирован в засушливом климате Египта и Объединенных Арабских Эмиратов, где отлично себя зарекомендовал. Но перевозка туда стоит дороже, чем сам материал. Поэтому пока мы отказались от его экспортного производства, делаем только по спецзаказам. Сейчас вот поступила заявка изготовить 120 тонн почвоулучшителя.

Совместно с Институтом почвоведения и агрохимии мы получили из торфа биологически активные микроэлементные удобрения «Элегум». Это очень перспективное для сельского хозяйства направление. Такие удобрения улучшают минеральное питание, стимулируют рост растений, снижают их заболеваемость, повышают урожайность культур и качество растениеводческой продукции. Коллеги из Института почвоведения и агрохимии провели трехлетние испытания, которые показали хорошие результаты. Внесение всего лишь одного литра микроэлементных гуминовых удобрений обеспечивает прибавку урожая пшеницы минимум на 5 центнеров с 1 га! При этом содержание белка в ней увеличивается до 0,8%, а клейковины — до 4,2%. Такие же результаты получены по другим сельскохозяйственным культурам. За микроэлементными гуминовыми удобрениями — будущее, потому что мы никогда не получим урожайность 70-80 центнеров зерна с гектара только за счет азотных, фосфорных и калийных удобрений. Обязательно нужны микроэлементы: они катализируют биохимические реакции, и растения растут быстрее. Наша разработка на порядок лучше импортных аналогов и к тому же значительно дешевле. Сегодня производством «Элегумов» занимается ОАО «Зеленоборское». Однако даже при круглосуточной работе оно способно удовлетворить не больше 10% потребности Беларуси. А нужно, чтобы такие цеха стояли в каждой области! Мы подсчитали: чтобы обеспечить Минскую область удобрениями, надо добыть не более 90 тонн торфа, на 6 областей понадобится 500 тонн. Это ничто в сравнении с почти 3 миллионами тонн полезного ископаемого, которые страна добывает в год! Кстати, буквально на днях Министерство сельского хозяйства Казахстана изъявило готовность наладить у себя выпуск «Элегумов» по нашей технологии. — Учитывая, как много полезного можно получить из торфа, может, разумнее отказаться от его добычи для производства топливных брикетов? — Не надо противопоставлять эти сферы друг другу. Изготовление из торфа продукции требует глубокой химической переработки, это — наукоемкое производство. В топливно-энергетическом балансе страны полезное ископаемое должно занимать свою нишу, пусть и маленькую. Например, оно незаменимо в отдаленных районах, там, где невыгодно провести газ, доставить мазут или дрова. По этой причине в России сейчас возрождают торфяную промышленность. Торф может использоваться при отоплении местными котельными больниц, школ, детских садов. — То есть решать локальные задачи, не общегосударственные? — Да. Как мощный источник энергоресурсов торф не имеет перспективы. Это мое личное мнение. Я рассуждаю, как обычный бюргер: во-первых, дорожает добыча торфа, во-вторых, растет стоимость его транспортировки. Произвести и привезти брикет стоит дороже, чем его продают населению. Эту разницу заводу доплачивает государство. — И, тем не менее, несмотря на низкую рентабельность торфяной промышленности, правительство требует нарастить объемы торфодобычи и даже разрешает постановлением №794 отвести на эти цели особо охраняемые природные территории. — Никто не собирается разрабатывать на них торф! Был запрос: укажите места, где есть запасы полезного ископаемого больше 8 млн тонн. Институт природопользования привел эти месторождения. Там действительно самые большие в республике торфяные залежи. И когда-то они были законодательно закреплены за торфяной промышленностью. Потом на некоторых из них ошибочно создали заказники. Но еще 15 лет назад мы пришли к выводу, что в Беларуси, кроме заповедника и нацпарков, нет территорий, сырьевая база которых позволила бы построить новый торфобрикетный завод. Запасов известных месторождений хватит на 30 лет работы. Все, что можно было отдать торфяной промышленности, давно отдали. — Кто готовил экономическое обоснование торфодобычи в заказниках? — Никто. Его просто невозможно подготовить, потому что точные запасы торфа нам неизвестны. Данные, которыми мы пользуемся, основываются на довоенной геологической разведке. Прошло 80 лет, все устарело. Поэтому прежде чем строить торфобрикетный завод, необходимо осуществить детальную разведку запасов месторождения: а вдруг там не будет требуемой сырьевой базы для предприятия? А проведение подобного исследования — это очень дорогое удовольствие. Таких денег у торфодобывающей промышленности сейчас нет. Еще раз хочу подчеркнуть: торф на болотах заповедных территорий добываться не будет, поэтому и разведка запасов на этих месторождениях не требуется. — Программа «Торф» тоже построена на сведениях 1930-х годов? — Нет. Программа как раз таки основана на тех месторождениях, которые были детально разведаны в наши дни. Качество торфа на них проверялось в слоях через каждые 25 см. Проведена большая аналитическая работа. Все данные достоверны. — Если гипотетически представить, что будет через 30 лет, когда выработается весь торф? — Во-первых, действующие торфобрикетные заводы будут переориентированы либо закрыты. Ведь в 1960-е годы насчитывалось 52 крупных предприятия, а сегодня их меньше 30. Во-вторых, территории, на которых добывался торф, или повторно заболотят, или засадят лесом, или передадут сельскому хозяйству. Наша лаборатория непосредственно занимается приведением в порядок выработанных торфяных месторождений. Мы сделали оценку состояния и дали рекомендации, что делать с такими территориями, для Минской, Гродненской и Брестской областей. Так вот, половина из них не годится для ведения сельского хозяйства. Лучше всего на таких землях восстанавливать водный режим. Да, это будет молодое болото, но постепенно оно начнет выполнять функции, присущие обычному, и там появится болотная растительность, живность. — А если использовать выработанные торфяники для посадки быстрорастущих пород деревьев для получения топлива? — Я прорабатывал этот вопрос. В свое время даже подготовил прогнозную оценку основных способов использования 1 гектара метрового слоя торфа. Например, его можно добыть на топливо, на удобрения, торфяник можно мелиорировать и засеять многолетними травами, а можно создать на нем посевы зерновых культур. Оказалось, что самое невыгодное — сжигать торф. В метровом слое 1 га его содержится примерно 1200 тонн. Этот объем мы израсходуем на топливо за 4 года. Если будем добывать полезное ископаемое на удобрения, запасов хватит на 80 лет. Если провести на такой территории мелиорацию, то урожаи зерна можно снимать в течение 170 лет. А если посеять на 1 гектаре многолетние травы с перезалужением через 5-7 лет, то угодьем можно пользоваться 300 лет. Но дольше всего торфяник прослужит, если создать на нем долголетний луг, — 600 лет! Валовое количество продуктивной фитомассы, которое можно получить с 1 га торфяной почвы за все время использования метрового слоя, согласно моему прогнозу, составляет 1368 тонн зерна и столько же соломы, 3000 тонн сена дадут многолетние травы, и 6000 тонн принесет сенокос на долголетнем лугу.

А дальше я посчитал, какое количество энергии можно получить за весь срок эксплуатации ресурса. Ведь что такое растение? Это мощнейшая и самая совершенная солнечная батарея, которая улавливает световое излучение и переводит его в энергию органического вещества. Так вот, суммарно в луговом угодье энергии заключено в 4 раза больше, чем в торфе: 252х108 килокалорий против 60х108 килокалорий! Даже если повысить КПД переработки торфа на топливо до 50%, его хватит не дольше, чем на 8 лет. И все равно получить столько энергии, сколько за счет луговодства, не выйдет.

Например, СПК «Вертилишки» выработанный торфяник использует под сенокос. Из скошенной биомассы они делают травяную витаминную муку и продают. И очень успешно. Получается хорошая и полезная добавка в комбикорм.

Поляки еще во времена СССР, когда мы повсеместно засевали торфяники кукурузой, картофелем, капустой, зерном, 100% таких земель пускали под посев многолетних трав. — И оказались дальновиднее нас? — Да, они сразу определили, что самое эффективное использование торфяного месторождения — развитие на нем луговодства. Использование луговых трав для скота даст молоко и мясо. А можно получить еще и топливные брикеты для выработки энергии. Но пока никто в такое далекое будущее не заглядывает. Дескать, зачем через 600 лет, мне сейчас надо! И преследуя сиюминутные выгоды, решает сжигать торф. — В настоящее время в Беларуси насчитывается 228 тысяч гектаров деградированных торфяных почв. Есть ли решение этой проблемы? — Это отдельный вопрос, которым мы занимаемся много лет. Путей несколько. Первый — разработать новую технологию использования таких почв с посевом новых для наших широт засухоустойчивых растений. В отличие от торфяника деградированная почва плохо держит воду, особенно на полесских песках. И обычные сельхозкультуры на ней из-за недостатка влаги дают малый урожай, а то и вовсе гибнут в сухую пору. Другое дело — засухоустойчивые, они менее требовательны к водному режиму. Нужно посмотреть, какие из них растут в Украине, лесостепи, и адаптировать у нас. Но это отдельная наука. И она будет стоить денег.

Второй путь более простой. На оголившихся песчаных участках деградированных торфяных почв садить сосну. Она прекрасно себя чувствует на таких землях. Через 80 лет это будет хороший строевой лес. В любом случае, я не вижу безнадежности. Надо работать. Земля — это ресурс, которым нужно разумно распорядиться. — Академик Логинов подсчитал, что если мы будем использовать 25-30% местных видов топлива, то через пару десятилетий по объему выбросов парниковых газов вернемся к уровню 1990 года. — Согласен. Мое мнение может быть и неправильным, но я считаю, что нам не стоит отказываться от природного газа. С другой стороны, погоду делают не болота, а Мировой океан. Не дай Бог остынет Гольфстрим — все замерзнем, и никакие болота не спасут. Поэтому климат у нас такой, какой придет с океанов — Северного Ледовитого и Атлантического. Они определяют всю погоду в Беларуси. — Но, как ученый, вы же не можете отрицать тот факт, что на Полесье стал более засушливый климат, там меньше выпадает осадков? — Мелиораторов часто ругают, дескать, своим осушением вы погубили Полесье. Но позвольте, по проекту надо было построить 200 новых водохранилищ на случай засухи, и предусматривалось двухстороннее регулирование водного режима. А создали лишь 40% водоемов. Ведь не доделали же! А валят все на мелиораторов!

Если посмотреть историю изменения климата (по остаткам растений, которые сохранились в торфе, она хорошо читается), то выяснится, что у нас были и периоды похолоданий, и потеплений. То, что сегодня наблюдается, все равно не переходит за рамки тех температур, которые фиксировались до начала промышленной эпохи.

Реконструкция климата за последние 10 тысяч лет показывает, что на территории Беларуси наблюдались климатические периоды, длящиеся десятками и сотнями лет, гораздо более жаркие и засушливые, чем теперь. А были, наоборот, очень влажные и холодные времена. И они чередовались друг с другом. Поэтому говорить о том, что нынешняя сухая погода установилась из-за того, что мы осушили болота или сжигаем торф, будет неправильно. Конечно, плохо, что мы выбрасываем столько парниковых газов в атмосферу, но и без этого климат менялся много раз. И опять же, все зависит не столько от наших сжиганий, сколько от состояния Мирового океана. — Однако сельчане, живущие рядом с болотом Морочно, жалуются, что из-за торфоразработок там пропала клюква! — Когда-то на Морочно были хорошие клюквенники. До Чернобыльской аварии я и сам собирал там ягоду. Этот год выдался сухим, не так много было осадков. Потом, клюква могла не уродить из-за заморозков во время цветения. Морочно занимает больше 12 000 га, вместе с украинской частью. Это огромная территория. Даже если на 500 га там будет добываться торф, особого вреда торфоразработка не нанесет. Но при условии, что на каждом освоенном участке восстановят болото.

В то же время могло сказаться и вытаптывание. Растительный покров многих болотных угодий, даже неосушенных, когда на них из года в год ходят массово собирать ягоды, деградирует. Здесь еще добавилось осушение участка. Если бы на 5 лет болото закрыли и никого туда не пускали, например, создав настоящий клюквенный заказник, клюквенники восстановились бы.

Вдобавок ко всему, пожары тоже уничтожают ягоду. А они были не редкостью на Морочно. Причин много, и приписывать все последствия только торфяной промышленности не совсем корректно. Разумеется, она влияет, но зона ее воздействия ограничена 200 метрами. — То есть выработаем весь торф или нет — климат не изменится? — Конечно! Осушение болота может повлиять только на уровень грунтовых вод прилегающей территории. Если торфяник подостлан песком, то до 2 км, а если глиной и суглинком, то считанные метры — до 5-10, не больше. — А как же тогда распространенное мнение о том, что, если мы осушим все болота, лишимся питьевой воды? — Это вообще надуманно. Все болота никто не собирается осушать. Даже по программе «Торф» на эти цели выделена лишь 31 тысяча га. Торфяная промышленность никакой угрозы питьевой воде никогда не создавала и не создаст. Половина из 402 тысяч выработанных на сегодня торфяников повторно заболочена либо отдана под естественное лесовосстановление. Через 50 лет они все равно зарастут, заболотятся, и не будет никакого стресса от торфодобычи. Потому что это не та мощь, не тот уровень воздействия, чтобы повлиять на климат.

 

Беседовала Елена САДОВСКАЯ

Комментарии пользователей (7)
Оставьте ваш комментарий первым
Гость    1 Ноября 2011 в 19:22
0
0
Главный вывод : окружающую среду можно гробить до бесконечности , и никакого вреда это не принесет... КОМУ ? Отжившим свой век "ученым", или их внукам , чей шанс на нормальную жизнь эти самые "ученые" рубят на корню по всем направлениям ?
Гость    1 Ноября 2011 в 20:57
0
0
непонятно, на заказниках не будут добывать потому как они ошибочно созданы и скорее месторождения торфа или потому как прежде чем осушать - кусок отрежут от заказника и снимут статус? Бамбалов приложил в свое время руку к осушению Полесья и теперь не хочется признавать ошибки молодости. А 200 водохранилищ мелиораторам кто не дал создать - чиновники или народ? Лукавит дядька.
Андрей Шимчук    2 Ноября 2011 в 12:21
0
0
Бред какой то? По Вернадскому наоборот?  С лесом не можем разобраться,а в Торф полезли? Эти "сталенские" ученые еще не то могут говорить. Да, наука?
Гость    8 Ноября 2011 в 11:17
0
0
Эти "умные" дядьки всегда думают задним умом. Сначала нагадят, а восстанавливать никто никогда там ничего не будет. Получается, не верь глазам своим: Полесье на самом деле угробили, а он утверждает, что там всё нормально. Этих лженаучников надо гнать подальше от природы!!!
Игорь Пастухов    8 Ноября 2011 в 15:19
0
0
Таких"господ-товарищей" называют ,Лысенковы.Был такой чувак, называющий себя академиком, Трофим Лысенко. Трофим писал доносы в НКВД и добился чтобы в Саратовской тюрьме в 1943 г.сгноили его же учителя,  академика Николая Ивановича Вавилова, основателя  мировой генетики. Генетика Вавилова была признана лженаукой и отправила СССР в глубокую за...  Зато Трофим Лысенков занял его кресло в Академии Наук и создал почву для таких же как и он всходов. Которые сегодня сеют уже свою порцию лжеучёных-лысенковых, готовых и Родину продать за кусок торфяного брикета, атомных киловатчасов и т.п.Увы, но эти товарищи есть и будут есть, пока хозяин им позволяет и заказывает литургию о рациональном природопользовании  в их исполнении. Немного утешает то, что если этим  планам не суждено будет сбыться, то  кого то из этих тельцов и агицев нужно будет отдать на заклание.И власть это сделает, всегда так делала. В другом случаи. всенародная "слава" не заставит себя ждать. Иван Лиштван, первый окрыл парад  среди "учёных" и награждённый антидипломом за нелюбовь к природе, а значит и к Родине. Господа,Лысенковы, в очередь, в очередь за наградами!
Юрий Малец    8 Ноября 2011 в 20:42
0
0


Добывать больше, перерабатывать глубже

Дмитрий ПАТЫКО, «Р»




Ученые считают, что торф нужно использовать с большей пользой

Как распорядиться таким богатством белорусской земли, как торф? Сохранять в неприкосновенности богатые им болота — важное звено поддержания водного режима почв и прибежище многих видов животных и растений, или активно использовать запасы торфа в качестве топлива, мелиорантов, удобрений, биологически активных препаратов и сырья для химической промышленности? Академик Иван Лиштван считает, что истина в давнем споре находится посредине, и эта позиция отражается в Государственной программе «Торф», в которой предусматривается реализация комплекса мероприятий по использованию торфа на период до 2020 года.

— Иван Иванович, программа выполняется под научным руководством Института природопользования НАН Беларуси, в котором вы работаете, поэтому и вопрос адресуется вам. Как вы считаете, намеченные планы в полной мере учитывают интересы сторон? Как велики запасы торфа и сколько его нужно?

— Заказчиками программы являются Минэнерго и Минсельхозпрод, основные задания, предусматривающие оценку воздействия разработки торфяных месторождений на окружающую среду, выполняют организации НАН Беларуси, Белгосуниверситета, и оснований не доверять им я не вижу. Что же касается геологических запасов, то торфяные месторождения Беларуси, занимающие 12—14 процентов ее территории, оцениваются в 4—4,2 миллиарда тонн. Это очень много.

— В какой мере запасы торфа используются?

— В разработку торфяных месторождений вовлечено лишь 6,9 тысячи гектаров (из 2,4 миллиона).

В качестве топлива ежегодно добывается 2,7 — 3 миллиона тонн фрезерного торфа, а для нужд сельского хозяйства — примерно 3 миллиона тонн плюс 300 тысяч кубометров сапропеля. В 2011 году доля торфа в общем объеме котельно-печного топлива составила менее 4 процентов, или 3,02 миллиона тонн. Планируется, что в 2015 году объемы использования торфа в качестве топлива увеличатся вдвое, а к 2020 году достигнут 5,1 миллиона тонн. Для сравнения: доля торфяного топлива в производстве электроэнергии в Финляндии составляет 5,3 процента, в производстве тепловой энергии — около 20 процентов.

— Увеличение объемов добычи торфа потребует строительства новых брикетных заводов или расширения действующих?

— Чтобы завод работал долго и эффективно, его необходимо обеспечить сырьем на 20—30 лет вперед, а для этого нужны запасы торфа не менее 8 миллионов тонн. В настоящее время многие месторождения торфа уже разработаны и освобожденные площади переданы для заболачивания или использования в сельскохозяйственных целях. Для расширения объемов производства действующих предприятий необходимо расширение сырьевых баз. Именно поэтому в июне этого года было принято постановление правительства, расширяющее торфяную базу на 8 месторождений с геологическими запасами около 80 миллионов тонн и в перспективе еще 10 месторождений с запасами 300 миллионов тонн.

— В чем состоит вклад науки в сельскохозяйственную часть программы?

— Исследования ученых направлены на разработку меро­приятий по выбору перспективных для комплексного использования торфяных месторождений, создание новой схемы распределения торфяных месторождений, выработку и внедрение ресурсо­сберегающей системы адаптированного сельскохозяйственного использования торфяных почвенных комплексов Белорусского Полесья. Большая часть заданий направлена на организацию производства высокоэффективных жидких комплексных микроудобрений на основе гуматов торфа, компостирования навоза с торфом и другими компонентами. Предусматривается разработка комплексных препаратов для защиты растений от болезней и стимуляции их роста. Одним из направлений программы являются исследования в области разработки эффективной схемы использования месторождений сапропеля и организация производств по его добыче.

Программой также предусмотрена организация новых альтернативных производств по глубокой переработке торфа с получением высокоэффективных жидких комплексных микроудобрений на основе гуматов торфа для некорневой обработки растений, инкрустации семян и добавок к минеральным удобрениям, сапропелевых удобрений и кормовых добавок, гуматсодержащих биологически активных препаратов. Перспективными являются разработки эффективных мелиорантов для восстановления плодородия деградированных почв, повышения продуктивности легких почв, производства мелиоративно-удобрительных материалов на основе торфа и сапропеля для использования при озеленении и обустройстве территорий, нарушенных хозяйственной деятельностью.

— А экологические проблемы предполагается решать?

— Обязательно. В 2012 году будут разработаны мероприятия по использованию выбывших из промышленной эксплуатации торфяных месторождений по всем областям республики, рекомендации по технологии их биологической рекультивации с возделыванием болотных ягодных растений, а также инструкции по минимизации негативных последствий разработки торфяных месторождений на прилегающие ландшафты, растительный и животный мир.

— Подсчитано, что дает сельскому хозяйству использование торфа?

— Например, разработка и внедрение ресурсосберегающей системы адаптированного сельскохозяйственного использования мелиорированных торфяных почв создаст благоприятные предпосылки для повышения продуктивности торфяных почв до 7—7,5 тонны кормовых единиц с гектара и сокращения расхода органического вещества торфа на 1,5—2 миллиона тонн ежегодно. Реализация разработки позволит создать в регионе, прежде всего в районах Припятского Полесья, зону устойчивого земледелия на 1,2—1,4 миллиона гектаров с производством 9,5—10 миллионов тонн кормовых единиц продукции растение­водства. Это позволит получать экспортоориентированные продукты животноводства: не менее 4—4,2 миллиона тонн молока и 0,7—0,8 миллиона тонн мяса. Сохранение и повышение продуктивности торфяных почв улучшит условия работы и проживания населения Полесья.

— Вы упоминали еще сапропель.

—Да, торфяные залежи часто подстилаются сапропелевыми отложениями. Они широко используются в медицине, а также в производстве высокоэффективных удобрений. Поэтому важно провести оценку запасов, дать обоснование состава необходимого оборудования и новых технологий разработки залежей. Выбор для разработки наиболее перспективных месторождений с запасами сапропеля высокого качества, применение ресурсо­сберегающих технологий добычи позволит снизить себестоимость выпускаемой продукции по сравнению с действующими предприятиями на 20—40 процентов. В результате ожидается значительное снижение цены органоминеральных сапропелевых удобрений.

Реализация схемы размещения первоочередных участков добычи и переработки сапропеля для сельского хозяйства позволит в 2—3 раза увеличить заготовку и применение сапропелевых удобрений. Их применение будет способствовать решению проблемы повышения плодородия земель регионов, удаленных от баз заготовки торфа и станций перегрузки минеральных удобрений, и экономии на каждом гектаре пашни 300—400 тысяч рублей за счет сокращения использования минеральных удобрений.

Совместная добыча торфа и сапропеля позволяет повысить полноту и эффективность использования запасов торфосапропелевого сырья, организовать производство топливных гранул со связующими из сапропеля и гуминовых препаратов многоцелевого назначения. Такая продукция относится к инновационной и обязательно будет иметь повышенный спрос на зарубежных рынках.

— На мировом рынке пользуются спросом и гуминовые препараты на основе торфа. Они у нас производятся?

—Уже созданы белорусские жидкие гуминовые микроэлементные удобрения типа «Элегум». Два действующих в Беларуси цеха при полной загрузке могут удовлетворить потребность республики в таких удобрениях примерно на 10 процентов, поэтому ставится вопрос о строительстве новых цехов в каждой административной области. Белорусские гуминовые микроэлементные удобрения могут быть предметом экспорта, их конкурентоспособность на международном рынке вполне предсказуема, так как они дешевле импортных примерно на 20—30 процентов, а по качеству превосходят зарубежные аналоги.

В последнее время интересы науки также устремлены на технологии производства комплексных препаратов на основе продуктов переработки торфа и ризосферных бактерий. Ризосферные бактерии — это почвенные бактерии. Они стимулируют рост растений за счет синтеза полезных соединений и подавления вредных для них микроорганизмов. Препарат на основе торфа и ризосферных бактерий рекомендован для биологической защиты, стимуляции роста и развития сельскохозяйственных растений.

В связи с удорожанием минеральных удобрений и концентрацией навоза в зонах крупных животноводческих комплексов весьма актуальным становится производство и применение органоминеральных удобрений пролонгированного действия. Их применение на 35—45 процентов увеличивает коэффициент использования питательных элементов растениями и на 15—30 процентов повышает урожайность культур. Ориентировочная потребность в них только под картофель и овощи, по данным Института почвоведения и агрохимии НАН Беларуси, составляет в республике около 300 тысяч тонн в год.

Приведенные результаты применения в сельском хозяйстве торфа и сапропеля, а также продуктов их переработки на основе разработок программы «Торф» свидетельствуют о высокой их эффективности для повышения урожайности сельскохозяйственных культур и улучшения качества сельскохозяйственной продукции.

http://www.respublika.info/5374/nature/article50830/

Игорь Пастухов    9 Ноября 2011 в 13:17
0
0
"Даёшь стране торфа, мелкого но до...." Пардон, но так сегодня можно  оправдать и меллиорацию загубившую половину страны вкл. Полесье, и почти всю Европу, лесодобычу называемой лесохозяйствованием, программу СКТО (экономически - обоснованно предусматривающая сокращение заповедных зон НП Нарочанского(!?)), строительство АЭСь и т.д.Но вот история показывает ,что всё то грубое и основанное на том чтобы сегодня только взять , а потом может быть  вернуть, приводит к краху .То что сегодня оправдывается при "втирании" народу о полезности "втираемого", уже завтра осуждается негодовавшим поколением.Которое, впрочем, после завтра так же продолжает наступать на грабли, остовляя уже своим потомкам поле для отборной брани, но  уже в свою сторону.Однако!? 
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.