Не податься ль в «самотопы», или О проблемах развития охотничьего собаководства в Беларуси

Александр Очеретний
журналист WildLife.by
3 3074 24 Мар 2017

Классическая охота во все времена во всем мире подразумевает охоту с собакой. Даже представители народов Ближнего Востока, придерживающиеся строгих взглядов на жизнь, полностью подчиненных религиозной исламской догме, которая четко делит животных на «чистых» и «нечистых», для охотничьей собаки делают исключение. То же самое мы видим и у охотников Средней Азии, где местным борзым – тазы и тайгану– всегда отводится место в доме, между ними и цепными сторожевыми псами всегда есть четкая граница. Причем эту границу проводит человек – охотник.

Охотничья собака всегда имела, имеет и будет иметь особый статус и у бедуинов Аравии, и у полешуков с Пинщины, и у виноградарей Прованса. Несмотря на то, что у одних – это борзая, у других гончак, а у третьих – бракк, – почет и уважение именно охотничьей собаке – это общемировое веяние.

Что касается нашей страны, то внимание к охотничьему собаководству провозглашено с самых высоких трибун. Причем у всего разнопородного поголовья охотничьих собак есть хозяин и строгий куратор. Это РГОО «БООР» – именно эта организация традиционно работает с породными охотничьими собаками. Более того, руководитель нашей страны поручил развивать в стране породное охотничье собаководство именно этой организации в лице ее председателя Юрия Шумского.

РГОО «БООР» не является единственной организацией, которая занимается породистыми охотничьими собаками, – таких клубов тьма, однако самая большая охотничья организация страны владеет монополией на допуск собаки к охоте.

Итак, чтоб было проще: для того чтобы стать охотником в нашей стране, совсем не обязательно быть членом РГОО «БООР», достаточно сдать соответствующий экзамен в Белгосохоте и получить Государственное разрешение на право охоты. Однако даже если вы не хотите иметь ничего общего с «БООР», но желаете охотиться со своим спаниелем или биглем, то эти собаки обязаны быть зарегистрированными в РГОО «БООР». Регистрацией занимается специалист по кинологической работе областной региональной структуры РГОО «БООР». В районах кинологов нет.

Пусть читатель простит меня за столь долгое вступление, оно было необходимо, чтобы понять несоответствие между декларированным с высоких трибун отношением к охотничьему собаководству и тем, что в настоящее время происходит в нашей стране. Итак, состояние охотничьего собаководства в Беларуси оставляет желать лучшего по многим причинам. Главная из них, на мой взгляд, нежелание честной расстановки приоритетов. О чем это я? Сейчас расскажу. А чтоб было проще, давайте поговорим о каждой группе охотничьих собак отдельно.

Лайки

Лайка – добытчица. Это собака, созданная для конкретной добычи зверя безо всякого намека на брутальный охотничий гламур и элементы эстетства. До недавних пор лайки у нас в Беларуси были самыми распространенными охотничьими собаками. Среди них наиболее часто содержались, да и сейчас содержатся русско-европейская лайка (РЕЛ) и западносибирская лайка (ЗЕЛ).

Лайки, которые разводились в нашей стране, были в большинстве своем четко «заточены» на добычу крупного зверя, потому они так и назывались – «зверовыми». А массовый крупный зверь, доступный для добычи в белорусских угодьях, – это кабан. Во всяком случае так было до известной кампании по депопуляции. Проще говоря, до мероприятий по полному уничтожению диких свиней в угодьях. Теперь кабана нет, а зверовые лайки остались.

Теоретически эти собаки вполне могут работать по лосю и благородному оленю, но это не те звери, добыча которых интересует массового белорусского охотника, – слишком дорого обходится разовое разрешение на отстрел, да и квоты изъятия этих копытных невелики.

Теперь перед белорусскими «лайчатниками» встала проблема: куда девать то огромное поголовье классных зверовых лаек, которые осталось на руках и перестали быть востребованными.

Впрочем, теоретически лайки могут переквалифицироваться и на «мелочевку» – пушнину и птицу. Однако, во-первых, это довольно узкая специализация, и если у охотника есть желание добывать пушнину из-под собаки, то он обычно покупает щенка от собак именно «пушных» линий. Переквалифицировать взрослую лайку-кабанятницу на добычу куницы и норки сложно, а иногда и невозможно.

Но справедливости ради стоит отметить, что охота с лайками на пушных зверей (белка и куньи) в Беларуси мало распространена. Отчасти из-за мирового падения цен на пушнину, отчасти из-за сложности такой охоты (бить копеечную белку нет смысла, а дорогостоящую куницу проще отлавливать капканами).

В принципе лайка – это, пожалуй, самая универсальная охотничья собака, и использоваться она может на разных охотах практически во все сезоны. Однако держать крупную зверовую лайку только для того, чтобы она таскала битых уток из воды, нет никакого резона.

Это я к тому, что не нужно быть Вангой, чтобы спрогнозировать: если в стране не изменится ситуация с кабаном или на мировом рынке с пушниной, то поголовье породных классных лаек в Беларуси будет моментально сведено на нет. Практичные лайчатники не станут держать собак только ради того, чтобы несколько раз в год выставить их на испытаниях.

Гончие

Наряду с лайками это самая многочисленная группа охотничьих собак в нашей стране. Проблем здесь не меньше.

Застарелый конфликт между пользователями охотугодий и гончатниками сводится к одному простому вопросу: где можно охотиться с гончими собаками? Или иначе: где нельзя охотиться с гончими собаками?

Дело в том, что копытные – это наиболее ценный ресурс наших охотничьих угодий, причем слово «ценный» нужно понимать исключительно в его прямом, денежном, значении. Так вот, гончая собака, проникнув в места компактного проживания копытных – в так называемых зонах тишины или участках угодий с преимущественной охотой на копытных, – наводит там такой «шорох», что охота на копытных там становится совершенно невозможной. Собаки попросту разгоняют кабанов, косуль и лосей по всей площади угодий и, что еще хуже, загоняют их в чужие угодья.

Это и раньше, еще «при кабане», было «проблемным местом» охоты с гончими собаками, а нынче, когда некоторые охотхозяйства взамен кабана стали закупать благородного оленя, а то и иных, экзотических копытных, проблема гончей в лесу стала как никогда актуальной. Следует учитывать, что эта собака практически бесконтрольна, когда она шурудит в лесу в поисках зайца (ну или копытных), то делать она это может часами без остановки.

Охотоустроители пытаются решить эту проблему, выделяя для охоты с гончими определенные участки угодий, но кто ж объяснит собаке, что «туда не ходи, сюда ходи»? Кто объяснит зайцу, чтоб он ходил кругами только по этому участку поля и леса, не забегая на соседний?

Кроме того, участки, выделенные для охоты с гончими, часто бедны зверем и нередко расположены у автомобильных трасс. Собака в горячке погони идет за зверем на большой скорости, не оглядываясь, и порой оказывается под колесами автомобилей.

Проблема охоты с гончими уже много лет находится в «подвисшем» состоянии и, несмотря на все попытки ее решения – а они предпринимаются, – «воз и ныне там».

Гончатники сетуют: дескать, сказали бы нам честно, экономическое положение серьезное, выращиваем копытных, охоту с гончими на время (пусть на 5 лет или больше) придется закрыть. Ан нет, гончатников просто тихой сапой выжимают из угодий.

Что касается гончих (и еще борзых собак), то правила охоты напрямую запрещают охоту с ними на птицу и другие виды охоты, исключая зайца и лисицу. Даже лесная куница, добытая из-под гончей, это уже грубое нарушение Правил охоты. Впрочем, Правила охоты в редакции 2014 года оставили еще одну возможность применения гончих собак – для охоты на копытных в загоне. Но такую охоту непосредственные арендаторы угодий могут как разрешить, так и запретить.

Сделаем вывод: гончатником в нашей стране быть сложно, хлопотно и ненадежно.

Легавые

Теперь слово о легавых. На мой взгляд, легашатники (те, кто содержит легавых собак и охотится с ними) – это самая куртуазная и снобистская часть охотников-собаководов. Причем в хорошем смысле этого слова. Их меньше всего заботят килограммы мяса, да и не может их быть на такой охоте. Главная цель охоты с легавой собакой – получить удовольствие от работы собаки и насладиться охотой в четком тандеме «человек – пес». Добыча здесь всегда невелика – пяток куропаток, бекасов или перепелов (последние все чаще встречаются в Беларуси). Легашатники – это, пожалуй, самая дисциплинированная и принципиальная часть в семье белорусских охотников. Они исповедуют принцип «охота ради охоты» и практически никогда не идут на нарушение природоохранного законодательства, если только их напрямую не толкают на это чиновники от природы. Как так получается? Об этом ниже.

Но что же у нас происходит с этой благородной охотой в аксаковско-тургеневском стиле? А ничего хорошего не происходит.

Во-первых, в последние лет 10 практически вдвое уменьшилось количество объектов охоты с легавой собакой. Получили охранный статус и были внесены в Красную книгу страны дупель и коростель. Причем история придания охранного статуса этим видам довольно мутна. Периодически поднимается вопрос об исключении этих птиц из Красной книги, он поднимется на разного рода съездах, слетах и конференциях, но воз и ныне там. И это несмотря на то, что тот самый коростель летом в угодьях крякает чуть ли не под каждым кустом.

Но это только начало проблем. Легавая более чем любая другая порода охотничьих собак нуждается в натаске, в полевой дрессировке. Это занятие убивает массу сил и времени. Для того чтобы натаскать собаку, нужно найти удобное место – как правило, это пойменные заливные луга, причем луга скошенные, – с наличием нужной птицы в нужном количестве.

Предположим, вы такое место нашли и обрадовались. Но радоваться рано, смотрим на карту угодий и видим, что это место совершенно не совпадает со специальным местом для натаски и нагонки собак, которое было выделено охотоустроителями.     

А вне сезона собаку можно натаскивать только в местах нагонки и натаски. Больше нигде. Можно еще брать путевку на охоту и выходить в поле не в целях охоты, а только для натаски собак, что и делает подавляющее большинство владельцев молодых легавых, однако в этом случае теряется самое благоприятное для натаски время с апреля по июль.

Кто запретит, спросите, выехать в чистое поле с одной собакой, но без ружья, и показать ей птицу, отработать правильный челнок и так далее? Мешают Правила охоты, где черным по белому написано, что нахождение в угодьях с охотничьей собакой, спущенной с поводка, приравнивается к охоте. В нашем случае к охоте незаконной. Вот и приходится лавировать на грани между званием правильного охотника и злостного браконьера.

То есть поголовье легавых собак у нас в стране и раньше не было многочисленным, сейчас же оно просто сводится на нет. Кому это выгодно, для чего это делается, можно порассуждать на досуге, но не в рамках этой статьи. Впрочем, есть вроде свет в оконце. На последней Республиканской комиссии легавых, спаниелей и ретриверов была высказана идея обратиться к охотоустроителям, чтобы различные зоны в угодьях (в том числе зона для натаски и нагонки) определялись после консультаций с кинологами РГОО «БООР».

Норные

К норным собакам относятся охотничьи терьеры и таксы. Это универсальные охотничьи собаки, одно из главных предназначений которых – схватка со зверем в норе. Ну здесь все совсем просто. В затылок охотникам-норникам дышат разного пошиба «зеленые» организации, которые поднимают настоящую истерику при любом упоминании искусственной норы и притравки собак по подсадным животным. Мы не будем сейчас обсуждать, хорошо это или плохо, скажем только, что возможность притравить собаку по реальному подсадному зверю в Европе осталась только в некоторых Балканских странах и государствах постсоветского пространства. И есть у меня подозрение, что «лавочка» эта будет скоро прикрыта при помощи «зеленого» лобби во властных структурах.

Основное предназначение норных собак – охота в норе на лисицу и енотовидную собаку – нынче не востребовано по двум причинам. Во-первых, нет никакого смысла тратить силы, время и рисковать жизнью собаки ради грошовой шкурки. Во-вторых, подавляющее большинство охотников, даже подстрелив лисицу или «енота», просто бросают тушку не только из-за дешевизны шкурки, но и из-за непростой ситуации по бешенству в нашей стране. Впрочем, охотничьих терьеров также успешно используют во время охоты на кабана, даже состязания норных собак проводят по двойной дисциплине: «нора – кабан». Но о кабане мы уже вдосталь поговорили в разделе о гончих, с кабаном в Беларуси пока все ясно.

Что остается охотнику с ягдтерьером? Или натренировать своего пса на утку – в смысле, использовать как ретривера, для подачи битой дичи, или же вовсе уйти в дурнотопы. Я не писал, что «самотопами», или, того хуже, «дурнотопами» в охотничьей среде принято называть охотников без собак.

Ну, а теперь вывод из всего сказанного выше. А он заключается в том, что, несмотря на официальные заверения и какие-то движения: республиканские и международные чемпионаты, состязания и выставки охотничьих собак,– судьба основных перечисленных групп пород собак, традиционных для Беларуси, незавидна. Охотничье собаководство перестает быть массовым и на глазах становится уделом очень-очень больших любителей.

Впрочем, на фоне этой грустной информации есть и хорошие новости. В белорусское охотничье сообщество очень активно входит группа ретриверов – собак, основная задача которых на охоте – принести битую птицу. До этого увальни-лабрики и золотистые ретриверы были у нас в основном диванными бездельниками, а теперь – нате вам! – полноправные охотники.

Также активно внедряются собаки-ищейки. В частности, у нас естьуже питомник баварских горных гончих, специализирующихся на отыскании подранков по кровяному следу. Раньше этим занимались все породы, теперь привезли узких специалистов.

Так что, несмотря на множество трудностей, часть из которых можно преодолеть одним росчерком чиновничьей шариковой ручки, охотничье собаководство в стране живет и, как может, развивается.

Комментарии пользователей (3)
Оставьте ваш комментарий первым
Павел Лычковский    24 Марта 2017 в 10:13
2
1
Бедные легашатники, отобрали у них дупеля. Расскажите, что же такого "мутного" в придании охранного статуса этому виду? И на каких съездах поднимается вопрос об исключении его из Красной книги? Уж не охотничьих ли? Может вы владеете секретными данными по данному виду и нужно передать их ученым?
И если коростель пока кричит "под каждым кустом", это не значит, что нужно дожидаться, когда наступит полная тишина.
Alexandr Ocheretny    24 Марта 2017 в 12:09
2
0
Павел, да воспользуйтесь же Гуглом. Могу и я, впрочем.
Вот тут хотя бы почитайте.
http://lesgazeta.by/people/proshu-slova/dupel.-ne-pora-li-uletat-iz-krasnoj-knigi
А если говорить об учете птиц, относящихся к болотно-полевой дичи, то самый верный его способ - таксация угодий при помощи легавых собак. Наши ученые пока не часто к нему прибегают.
Павел Лычковский    24 Марта 2017 в 15:31
0
1
Как и ожидалось, в статье ничем не подкрепленные доводы охотников. Тут люди международный план составляют по сохранению вида, а мы давайте разрешим охоту, потому что у соседа можно. И будем стрелять не своего, а соседского, а то собак развлечь нечем.
Комментарий был изменен 24 Марта 2017 в 15:32
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.