О бедном «подвохе» замолвите слово

Александр Очеретний
журналист WildLife.by
47 8549 4 Май 2017

Сотни тысяч рыболовов хлещут реки и водоемы страны своими снастями, сотнями километров сетей опутали браконьеры наши озера и водохранилища. Острогами и «телевизорами», электроудочками и бреднями цедят нашу рыбу хапуги от рыболовства… и выцедить не могут. Десятки судебных разбирательств о незаконной добыче рыбы самоловами, сетями и крючковой снастью рассматриваются в судах. Но нет! Достать на самом высоком уровне решили именно подвохов. «Подвохи» – это подводные охотники, так они сами себя называют. Да-да, именно те люди, что на взгляд завистливого и жадного обывателя, «выбивают маточное стадо». И лезут в воду со своими аквалангами, и стреляют «тонны рыбы» стрелами и копьями.

Именно о подвохах мы сегодня поговорим. А также о пресловутых «маточных стадах», «тоннах рыбы» и немного  об аквалангах.

С аквалангов, пожалуй, мы даже начнем, чтобы больше к ним не возвращаться. Итак, правила подводной охоты – то есть добычи рыбы пловцом при помощи гарпунного устройства – напрямую запрещают пользование любыми дыхательными аппаратами, в том числе и аквалангами. Ныряние происходит только на задержке дыхания, а успех его напрямую зависит от тренировки и физических возможностей человека. Именно поэтому подводная охота – это очень тяжелый спорт, причем спорт, официально признанный как в Беларуси, так и на международном уровне.

DSCF4555.jpg

Однако многие читатели скажут, что, дескать, у нас на озере Черная лужа эти подводные охотники вообще обнаглели – и плавают все-таки с аквалангами. Что ж, бывает! Иногда аквалангисты действительно добывают рыбу и иных гидробионтов, но только не нужно называть их подводными охотниками! Не называем же мы рыболовами тех, кто черпает рыбу электроудильными устройствами, не правда ли? И те, и другие – не кто иной, как самые вульгарные браконьеры. Кроме того, если вы видите в водоеме человека с аквалангом, то это вовсе не означает,что он кого-то там ловит. У нас в стране обитает множество дайверов-аквалангистов, которые любят нырять в природных водоемах.

Это было длинное вступление. Причина, по которой мы сейчас обратились к теме подводных охотников, объясняется тем, что в последнее время стремительно сокращается количество водоемов и водотоков, где разрешена подводная охота и другие  особые способы рыбной ловли, которые до редактирования Правил рыбной ловли в 2014 году назывались «интенсивными». Сюда входят многокрючковые снасти, троллинг и, кажется, что-то еще, но это неважно в контексте сегодняшнего разговора.

Самое интересное заключается в том, что для того чтобы запретить подвохам появляться в том или ином озере или на участке реки, достаточно простого решения на уровне местного исполнительного комитета – решения обычного чиновника, далекого от природоохранной деятельности, биологии или еще какой смежной науки.

А вот для того чтобы снова разрешить такую деятельность на водоеме, инициатору разрешения нужно пройти массу инстанций, хорошенько раскошелиться и быть человеком весьма убедительным, местами упертым и отягощенным нехилыми познаниями в биологии и смежных науках. А это сложно.

P1010160.jpg

По словам активистов движения подводных охотников – Вячеслава Романовича (он же председатель Федерации подводного спорта) и руководителя известного в стране клуба подводного плавания «Капитан Морган» Валерия Синкевича, более всего задевает то, что при принятии решения о закрытии водоема для подводной охоты в подавляющем большинстве случаев отсутствует какое-либо научное обоснование.

Причины такого решения указываются примерно такие же, какие приводит темный обыватель, совершенно не знакомый с биологией, подводной охотой и правилами рыбной ловли. Чего только стоят ответы чиновников! Впрочем, приведем выдержки из официальных писем. Если кого заинтересует, имеются и их подлинники:

Минсельхоз, отрывок из письма за подписью замминистра А. Субботина:

«В связи с аномальными погодными условиями в 2014-2015 гг. водоемы и водотоки Республики Беларусь значительно обмельчали. Браконьеры начали массово уничтожать маточные стада аборигенных видов рыб»…

Итак. Водоемы «обмельчали». Скажите, и каким образом это должно коснуться подводных охотников? Если должно, то почему только их, а не рыболовов тоже?

Если браконьеры что-то там «начали массово уничтожать»», то и ловите вы этих браконьеров! Но почему это должно волновать законопослушных рыболовов?

И что такое, уважаемые чиновники, «маточное стадо» в применении к дикой популяции рыб? Вообще это не рыболовный, а рыбоводный термин: маточное стадо – это отобранная группа производителей, от которой получают икру и молоки. То ли подвохов подозревают в охоте в рыбхозовских прудах, то ли чиновники, которые составляли это письмо, не слишком компетентны. Других объяснений нет.

Но продолжим разбор. Зачем сюда вставили слово «аборигенных»? Для большего веса и значимости? Для пресловутой «солидности»? Слово, действительно, красивое и придает наукообразность всему обращению. «Аборигенные», дорогой чиновник, означает попросту местные или исконные. Практически все виды рыб белорусских водоемов – аборигенные, за исключением тех, которые когда-то были акклиматизированы, целенаправленно или случайно (белый амур, карп, толстолобик, ротан и еще с пяток видов).

А вот ответ на обращение подвохов от Узденского райисполкома (авторская стилистика сохранена): «…введен запрет на подводную охоту на реках Уса, Неманец и Лоша. Обоснованием служит, что они являются притоками реки Неман и недостаточно глубокие для подводной охоты. На данных реках имеются незначительные по глубине зимовальные ямы… также готовится обоснование и предложение по введению запрета … по всей территории Узденского района по причинам наличия большого количества мест отдыха и отдыхающих граждан».

Здесь вы можете наблюдать ответ «экспертов» по нырянию и подводной охоте из Узденского райисполкома. Где узнали чиновники про оптимальные глубины для подводной охоты? Почему они  выносят вердикт о недостаточной глубине? Почему зимовальные ямы являются препятствием для охоты, но не являются препятствием для рыбалки? И причем здесь вообще зимовальные ямы, если подводная охота проходит в теплое время года? И почему же тогда обычным рыбакам – тем, которые с удочками и спиннингами, – можно ловить на малой глубине? Отсюда следует еще один момент недопонимания: нередко подвохам пеняют на то, что их метод рыбной ловли более добычлив  (уловист), чем простая рыбная ловля. Предположим, что это так (хотя это не так!), но давайте вспомним о норме в 5 кг рыбы на человека в сутки, которая одинакова для всех – независимо от способа ловли!

2010 167.jpg

Теперь о безопасности отдыхающих. Правилами подводной охоты запрещено приближение к пляжам ближе, чем на 50 метров. Тут вспомним о правилах обычной охоты, которые запрещают расчехлять оружие ближе, чем за 300 метров от населенного пункта, и никогда препятствием для охоты не было наличие в лесу грибников и иных находящихся там людей. Более того – все отдыхающие на воде граждане вне определенных мест отдыха, по сути, нарушают «Правила охраны жизни людей на водах Республики Беларусь».

В основном чиновники переписывают друг у друга обороты про «маточные стада», «аборигенные виды» и прочее, но есть и другие ответы – не менее оригинальные. Вот выдержки из ответа полоцких чиновников относительно запрета подводной охоты в конкретных озерах:

«Озеро Званое передано в аренду для добычи личинок хиронамид. Озера Суя, Яковское, Дубок являются местами массового отдыха граждан. Озеро Туровля, река Туровлянка и левый приток реки Западная Двина являются массовым нерестилищем рыбы…»

Итак. Коротко разберем ответ:  личинки хиронамид – это есть не что иное, как всем известный мотыль – красные «червячки» – рыболовная приманка и корм для аквариумных рыб. Каким образом подвохи могут помешать этому промыслу? Съедят мотыль? А может быть, они разгонят его или огорчат каким-то иным манером?

Про «места массового отдыха» мы написали выше, поэтому сразу же перейдем к «массовым нерестилищам». Дорогие мои чиновники, а покажите-ка мне белорусский водоем или водоток, который не является «массовым нерестилищем»? Кроме того, есть совершенно определенные сроки нереста различных видов рыб, они не нерестятся непрерывно в течение всего года!  То есть налицо совершенно безграмотная отписка, в которой полоцкие чиновники почему-то вскользь ссылаются на информацию, полученную от Полоцкого участка Госинспекции по маломерным судам (!). Причем здесь маломерные суда? Почему бы не спросить в таком случае мнение местного подразделения Минкульта или Минздрава?

IMG_0838.jpg

Еще один довод, который фигурирует в запретительных отписках чиновничества:  дескать, в том или ином водоеме обитают краснокнижные виды рыб и потому – ни-ни! Но позвольте, почему же в таком случае не запретить в первую очередь обычную рыбалку? Рыбак ведь не видит, какая именно рыба хватает его наживку, в отличие от подводного охотника, который в состоянии перед выстрелом оценить размеры и видовую принадлежность рыбы. По аналогии, почему же тогда не запретить заходить в лес, где растут краснокнижные растения?

Отойду от темы и вспомню журналистику. Бывает такое, что в теме просто «не волочешь» и, чтобы не облажаться перед читателем, приходится обращаться к знающим людям из различных инстанций! К экспертам. Причем к разным, а получившийся текст потом еще отдаешь на вычитку, для «вылавливания блох».

Но наш чиновник не таков! Послюнявив карандаш, он со знанием дела и главное – смело! – выводит наукообразные обороты «маточное стадо» и «аборигенные виды».

Как с сожалением констатируют активисты движения подводных охотников, у белорусского чиновника и даже у некоторых представителей науки складывается мнение о подводной охоте на уровне «темного обывателя»: дескать, эти парни с ружьями залезают в воду и долбят, долбят, долбят крупных рыб, проплывающих мимо них, как в тире. Они ничего не знают о добычливости этого вида рыбной ловли, как правило, не оперируют терминами и не разбираются в нюансах. Они понятия не имеют, что такое рыболовная нагрузка на водоем, они не знают, что в силу своих природных особенностей (в первую очередь речь идет о прозрачности воды) лишь малая часть водоемов пригодна для подводной охоты. Они не представляют, насколько трудоемок физически сам процесс поиска добычи пусть даже в прозрачной воде.

Чиновникам стоило бы поинтересоваться – это сделать несложно – видовым составом и количеством рыбы, которая добывается подвохами на соревнованиях по подводной охоте на пресноводных водоемах. Если чиновникам лень рыться в первоисточниках, то я подскажу: это обычно так называемая «белая» рыба в количестве 2-2,5 кг на одного охотника. И обращу ваше внимание: на соревнования съезжаются лучшие ныряльщики и охотники! А теперь давайте сравним, сколько килограммов этой рыбы вылавливается на официальных соревнованиях по той же поплавочной удочке?

DSC08012.jpg

Но вернемся к «маточному стаду» – не дает оно мне покоя. Пусть чиновники ошиблись, пусть они имели в виду просто крупные, отборные экземпляры рыб. Разумеется, любой рыболов ищет именно такую рыбу, смею вас уверить – подвох тоже. А почему нет? Правилами рыбной ловли регламентируется лишь минимальный размер вылавливаемых рыб (это так называемая промысловая мера), а не максимальный! Мелких рыб нельзя ловить, крупных – можно и нужно! Крупная рыба – это цель подвоха, так же как цель рыболова с удочкой, но достигают этой цели далеко не все.

Однако есть у подводных охотников и настоящие враги, с которыми идет настоящая война. Это браконьеры-сеточники. Сеть для подводного охотника – это потенциальная смерть, поэтому будьте уверены, те сети, с которыми они столкнутся под водой,  будут моментально располосованы ножом. Противостояние это доходит даже до стычек на берегу, результатом которых становятся брутальные разборки с разбитыми лицами и проколотыми колесами автомобилей.

Хотя самовольное вытаскивание и уничтожение сетей – это, конечно, нарушение: при обнаружении сети нужно вызывать представителей Государственной инспекции по охране животного и растительного мира. Но обычно бывает недосуг – люди приезжают на водоем не для снятия сетей и помощи госорганам, а понырять и поохотиться.

По словам активистов движения подводной охоты, в голову порой приходят непатриотичные и совершенно бездоказательные мысли о том, что есть какая-то связь между запретом на подводную охоту и незаконным сетевым промыслом. Глядя на список запрещенных для подводной охоты водоемов, возникает шальная мысль: может быть, кому-то выгодно сделать так, чтобы под водой никто не болтался и ничего там не рвал, не путал, не резал и лишнего не видел? Впрочем, на основании этих данных выводов никаких делать нельзя, и будем считать это предположение бредовым.

Изображение 049.jpg

Но все-таки каким образом составляется список водоемов и водотоков, где запрещается подводная охота? Судя по приведенным выше письмам, получается, что распорядителями природных ресурсов и запретителями их использования выступают местные органы власти, причем ни разу ни в одном письме не было приведено никаких биологических обоснований и никаких ссылок хотя бы на мнение учителя биологии из местной сельской школы.

Чиновничья инициатива дошла до того, что в некоторых районах практически не осталось мест, где можно поохотиться с подводным ружьем. При этом речь идет не просто о людях, купивших себе пневмат или арбалет (так называют подводные ружья с резиновыми тяжами), а о законопослушном гражданине – члене РГОО «БООР», который также имеет удостоверение подводного охотника и платит все взносы. Более всего от запретов пострадали Гомельская и Могилевская области, где в силу географического положения пригодных для подводной охоты водоемов и так мало.

Даже после исчезновения причин запрета на подводную охоту (например, засуха миновала, реки вновь стали полноводными), водоемы и водотоки, как правило, все равно остаются в запретном списке. А для того чтобы их из этого списка вывести – тут уж требуется обоснование представителей белорусской науки, которое проводится, конечно же, за деньги! В частности, представители РУП «Институт рыбного хозяйства» предлагают свои услуги для проведения исследований водоемов на хозрасчетной основе и имеют на это полные основания. Но, к слову сказать,  все эти исследования давно уже проведены и, более того,  зафиксированы в замечательной энциклопедии «Блакітная кніга Беларусі», доступной любому как в «бумажном» виде, так и в электронном...

То есть запретить у нас очень просто, а снова разрешить – дело мало подъемное.

В отличие от обычного рыболова, которого сдерживают только Правила рыбной ловли, подводный охотник очень сильно ограничен не только постановлениями чиновников, но и естественными факторами, такими, как время года, прозрачность воды, личные физические данные.

P5140491.jpg

Подводя итог сегодняшней темы, очень бы хотелось, чтобы чиновники  пошли навстречу одной из самых законопослушных и малочисленных групп рыболовов. Причем есть уже и хорошие примеры, например, после серии запретов в Кобринском районе достаточно было предоставить местным органам власти несколько логических аргументов в защиту подводной охоты, после чего водоемы вновь были открыты для подвохов. 

Ну, а пока остается надеяться на лучшее. В частности на элементарную биологическую грамотность и компетентность официальных лиц и, конечно, на их здравый смысл.

Фото Валерия СИНКЕВИЧА

Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться.