«О перспективах охраны и восстановления численности в Беларуси лосося и кумжи»

Владимир Костоусов
заместитель директора по научной работе РУП «Институт рыбного хозяйства» НПЦ НАН Беларуси по животноводству
7 2637 10 Янв 2014
-- Атлантический лосось (семга) и кумжа (лосось-таймень) представляют собой немногие сохранившиеся в фауне Беларуси проходные виды. С учетом размеров и сложившихся стереотипов в определении их ценности они привлекают к себе большее внимание, нежели другие лососеобразные. И этому есть причины. Проходные виды рыб более уязвимы, чем жилые. А из-за особенностей биологии (раздельные области нагула и размножения) должны отличаться и подходы к их охране и эксплуатации ресурсов. 
 
Прежде всего, это связано с трансграничным характером распространения проходных лососевых и необходимостью выработки единых подходов в определении критериев охраны всеми странами, в территориальной юрисдикции которых находится данный вид. Те же лосось и кумжа, обитающие в бассейне Балтийского моря, в разных государствах имеют различный охранный статус, зачастую отличающийся даже на сопредельных территориях. Природоохранная значимость (категория охраны) лососей в Беларуси должна согласовываться с общим состоянием видов в ареале и, в особенности, в трансграничных речных бассейнах. Оба вида в пределах своих естественных ареалов являются объектами коммерческого и любительского лова (как в местах нагула, так и во время нерестовых миграций), с теми или иными особенностями национальных законодательств. 
 
Для Беларуси особый интерес представляет статус лососей на сопредельных территориях - в бассейнах рек Неман и Западная Двина (Литва, Латвия, Калининградская область РФ). В частности, в Литве лосось внесен в национальную Красную книгу, но этот статус распространяется только на внутренние водоемы, тогда как в морской акватории его промысел разрешен. Кумжа выведена из Красной книги по причине стабилизации запасов и служит объектом лицензионного любительского лова.
 
В Латвии оба вида являются объектами коммерческого и лицензионного любительского лова в пределах распространения в территориальных морских и пресноводных акваториях.
 
В Российской Федерации особым охранным статусом обладают только жилые (пресноводные озерные) формы лосося (Северо-Запад, Мурманская область), тогда как проходные являются объектами лова. Несколько подвидов кумжи занесены в Красную книгу РФ (в том числе в Калининградской области, с запретом на вылов в Куршском заливе), в то время как в остальной акватории Балтийского моря запасы вида эксплуатируются рыбаками ряда стран (в том числе с применением специализированных судов). Опыт стран Прибалтийского региона показывает, что особый статус кумжи целесообразен только при охране естественного нереста в реках. В этой части отнесение атлантического лосося и кумжи на территории Беларуси к I категории охраны не соответствует действительному состоянию их запасов и той доле в них, за которую страна может нести ответственность.
 
Примеры с видами перелетных птиц (в том числе охотничьих) и мигрирующих млекопитающихся доказывают, что даже самая эффективная охрана вида в пределах небольшой части его ареала не гарантирует успеха и стабилизации численности в целом. Мировая практика доказала, что в отношении ресурсных видов проходных рыб (осетровые, тихоокеанские лососи, сельдевые) наиболее действенными методами является охрана воспроизводства и в местах основного нагула, с эксплуатацией на путях миграции с интенсивностью, позволяющей гарантировать пропуск необходимой части стада производителей для размножения. Но отличительной особенностью рыб от птиц и млекопитающихся является то, что в первую очередь необходимо охранять физическую среду их обитания, без чего даже самые действенные меры по охране вида не принесут успеха. Особенно это касается малых водотоков, подверженных или подвергаемых негативному воздействию хозяйственной деятельности человека или иным внешним факторам. Неэффективность охраны вида рыб без охраны мест его обитания подтверждается многолетним пребыванием на страницах Красной Книги Беларуси таких видов, как ручьевая форель, хариус, стерлядь. Можно возразить, что поверхностные воды невозможно полностью изолировать от факторов деградации. Процессы эвтрофирования вод и смены видового состава их рыбного населения имеют естественную природу и под воздействием человека только ускоряются. Но в таком случае, почему во многих густонаселенных и развитых регионах Европы охраняемые виды (те же форель и хариус) имеются в значительно большем количестве и служат объектами спортивного рыболовства? Вывод напрашивается один: возможно, в подходах к охране применяются отличающиеся методы, дающие больший эффект. 
 
В 2013 году в Беларуси разработаны проекты национальных планов действий по сохранению лосося и кумжи – видов, включенных в Красную книгу РБ. Разработчиком выступил НПЦ по биоресурсам НАН Беларуси. Планы построены на результатах исследований авторов и представляют собой документы с оценкой состояния и перечнем мероприятий, направленных на сохранение популяций обитающих у нас лососевых рыб. По сравнению с ранее применяемыми подходами предлагаемые проекты являются шагом вперед, хотя и не лишены недостатков.
 
Анализ фактических и литературных данных позволяет утверждать, что река Западная Двина на территории Беларуси служила в основном транзитным водотоком на пути к нерестилищам лососей, которые располагались за пределами национальной территории (Берг, 1948, Жуков, 1966). Подтверждением тому может служить отсутствие жилых форм кумжи (ручьевой форели) в бассейне Западной Двины, за исключением региона Смоленского Поозерья. Водотоки бассейна Вислы (реки Западный Буг, Нарев) на территории Беларуси едва ли когда-то имели нерестовое значение, поскольку не отвечают необходимым требованиям ни по гидрологическим, ни по гранулометрическим параметрам. В этом случае только Неман с притоками мог реально служить нерестово-выростными угодьями в пределах небольших участков территории (Новогрудская, Свентянская, Ошмянская, Минская возвышенности), отвечающих потребностям лососей. В настоящее время это крайне малый сохранившийся отрезок протяженности с притоками I-II порядка на удалении 10-20 км от границы с Литвой. Исходя из этого, постулат о сохранении локальных популяции лососей на основании выявления нескольких десятков нерестовых гнезд в отдельных нерестовых угодьях (ручьях) не является подтверждением наличия таковых (локальных популяций) в силу их крайней малочисленности и не подкреплен иными данными. Очевидно, что работа литовских рыбоводов привела к увеличению численности обоих видов, заходящих в реку Вилию, в результате чего часть особей стала подниматься и до пределов Беларуси, выше устья основного своего нерестового притока – реки Жеймяна.
 
Проходные лососи для территории Беларуси являются типичными анадромными видами, заходящими в небольшом количестве в реки для целей воспроизводства. Численность нерестовых стад крайне незначительна и нестабильна во времени. Это может объясняться как расположением относительно основных мест нагула и воспроизводства (по сути, на краю ареала), так и условиями имеющейся гидрологической сети (малая приемная емкость потенциальных воспроизводственных угодий, мелиорированность речных водосборов, особенности рельефа и подстилающих грунтов).
 
Следует отметить, что в новейшей истории лосось и кумжа всегда были редкими (зафиксированные уловы суммарно по обоим видам: 1953 г. – 0,04 ц, 1957 г. – 0,2 ц, 1959 г. – 0,2 ц), а приводимые в литературных источниках исторические сведения не подтверждаются реальными фактами. Следовательно, общая тенденция изменения численности нерестовых стад лососей в пределах естественного их ареала мало зависит от ситуации на территории Беларуси.
 
В предлагаемых планах мероприятий разработчики постарались охватить все стороны работ, направленные на увеличение численности рыб, включая придание охранного статуса территории, регулирование численности бобров, поддержание доступности водотоков для рыб, их гидрологического режима и качества вод, улучшение условий обитания молоди на ранних этапах развития. В то же время широкий охват мер не дает ощущения их полноценности.
 
На наш взгляд, целью мероприятий должно служить не сохранение и увеличение численности, поскольку по указанным выше причинам они малодейственные, а создание и поддержание условий для воспроизводства и обеспечения систематического захода производителей.
 
Придание законного охранного статуса конкретным водным угодьям является основополагающим в деле сохранения условий обитания и воспроизводства гидробионтов. При этом охранные обязательства должны распространяться в полной мере не только на сам водоток, но и на его водоохранную зону. Вопрос, в какой форме будет реализован этот охранный статус? Предложение создания гидрологического (зоологического) заказника на территории Островецкого района (видимо, подразумевается участок реки Вилии с обозначенными в планах притоками) малореален в свете начала строительства АЭС. Вместе с тем, придание водотокам определенного юридического закрепленного охранного статуса позволит признать бобра в них нежелательным видом, требующим строгого регулирования, поскольку ликвидация бобровых плотин (поселений) действенна только с ликвидацией самих животных.
 
Как было показано выше, количество взрослых особей лососей, заходящих на территорию Беларуси, находится в прямой зависимости от общей численности нерестовых стад, влияние на которые у белорусской стороны весьма незначительно. Поскольку скат отнерестившихся производителей и молоди является обязательным условием, осуществление мероприятия по формированию новых микропопуляций возможно только на очень ограниченном перечне водотоков в пределах рассматриваемых административных территорий. Создание лососевого рыбоводного завода вблизи нерестовых угодий имеет смысл только при определенных объемах производства, так как ориентация на заходящих производителей с нестабильной низкой численностью (с учетом необходимости сохранения генотипического разнообразия) делает этот проект экономически не окупаемым.
 
Встает вопрос, что же в таком случае делать? Опять же, возвращаясь к опыту наших соседей, следует проанализировать этапность начала работ. В 1997 году принят план действий, в 1999-м построен лососевый рыбоводный завод, который уже с 2000 года начал производить молодь лосося и кумжи, доведя ежегодный выпуск в реки Литвы до 200 тысяч мальков кумжи и более 100 тысяч мальков лосося (Лелюна, 2013). Хотя рост численности обоих видов колеблется под влиянием факторов среды, наблюдается положительный эффект принятых мер.
 
В Беларуси на базе факультета ихтиологии и аквакультуры БГСХА (г. Горки Могилевской области) построен выростной форелевый комплекс по производству 3 млн мальков форели с целью их дальнейшего товарного выращивания. Техническое оснащение и квалификация персонала позволяют работать на этом комплексе не только с радужной форелью, но и с другими видами лососевых рыб. Вопрос в том, кто в этом заинтересован и кто будет финансировать?
 
Принятые схемы работы рыбоводных заводов (отлов ходовых производителей, получение рыбоводной икры, выпуск производителей и выращенной молоди обратно в реку) для данного случая малоприемлем по ряду причин (географическая отдаленность, отход производителей при транспортировке, угроза заноса болезней и паразитов с взрослой рыбой). Лосося выращивают до стадии смолта (покатника), что занимает около двух лет. Кумжу выпускают на более ранней стадии, делая ее в нашем случае более привлекательной. Следовательно, воспроизводство и выращивание посадочного материала диких лососевых в построенном комплексе имеет больше смысла для работы с аборигенными жилыми формами (ручьевой форелью и хариусом), в некотором объеме с проходной кумжой, икру которой можно получать от литовских рыбоводов в рамках межгосударственного сотрудничества по проходным видам либо обмена генетическим материалом. Чтобы повысить привлекательность данного мероприятия, следует рассмотреть вопрос о придании указанным видам бинарного статуса (с возможностью вылова по путевкам в зарыбляемых искусственно полученной молодью водотоках). В таком случае вероятно участие в работах общественных организаций (клубов рыболовов, структур РГОО БООР), что снизит стремление к незаконному вылову охраняемых популяций.
Комментарии пользователей (7)
Оставьте ваш комментарий первым
Анатолий Ловкис    12 Января 2014 в 23:15
0
0
1) Рыбзавод в Горках расположен слишком далеко от предполагаемых мест зарыбления(притоки Вилии) Ведь насколько мне известно малька лососёвых транспортировать более 4 ч нежелательно. Поэтому важно, чтобы питомник был как можно ближе к местам нереста(в Литве он на Жеймяне)
Нина Полуцкая    15 Января 2014 в 13:57
0
0
Насколько я понимаю, основной целью публикации г-на Костоусова был комментарий Планов действий по лососю и кумже, вышедших в недрах Минприроды. К сожалению, я не нашла на сайте последнего этих документов, хотя активно комментировала их в процессе создания. 
Несколько комментариев к публикации.
1.О том, что делают литовцы в деле сохранения Атл. лососей  "Очевидно, что работа литовских рыбоводов привела к увеличению численности обоих видов, заходящих в реку Вилию, в результате чего часть особей стала подниматься и до пределов Беларуси, выше устья основного своего нерестового притока – реки Жеймяна". Основной фактор увеличения захода производителей в литовские реки -это усиление охраны от браконьеров в нерестовый период, когда объявлялась акция "Лосось" и мобилизовывались все охранные силы от инспекций до милиции и пограничников. Это стало заметно сразу после первых двух лет действия Национальной программы сохранения. Зарыбление тоже играло свою роль. Но следует знать, что наибольший эффект это имело в реках восточной части Литвы, поближе к морю. Жеймяна - индексная река и не зарыбляется ни кумжей, ни лососем.  
 Кстати о возрасте малька для зарыбления. Зарыбляют литовцы не только смолтами лосося, но и сеголетками, и подрощенной личинкой. 
2. " постулат о сохранении локальных популяции лососей на основании выявления нескольких десятков нерестовых гнезд в отдельных нерестовых угодьях (ручьях) не является подтверждением наличия таковых (локальных популяций) в силу их крайней малочисленности и не подкреплен иными данными". Мне кажется, что нет смысла вообще говорить о каких-то локальных популяциях. Здесь у нас условно говоря, Вилейская популяция (ну или Вилии/Нярис). Кумжа такая же наша, как и их. Что не отменяет необходимости ее сохранять.
3. согласна с доводом о том, что главное в деле сохранения проходных лососей - это сохранение мест их обитания. Мы в нашей деятельности тоже на этом концентрируемся. Но вот придание Статуса охраняемой территории...В принципе эти территории, на которых расположены нерестовые водотоки, и так находятся под чьей-то юрисдикцией. По решению Островецкого райисполкома. То ли это Лесхоз, то ли БООР. Но эти организации не имеют мотивации охранять ручьи, например, во время нереста от браконьеров, или следить за бобровой ситуацией. Или как-то влиять на всякие СПК, которые загрязняют стоками с ферм нерестовые реки. Им это все по барабану. 
4. "Следует отметить, что в новейшей истории лосось и кумжа всегда были редкими (зафиксированные уловы суммарно по обоим видам: 1953 г. – 0,04 ц, 1957 г. – 0,2 ц, 1959 г. – 0,2 ц), а приводимые в литературных источниках исторические сведения не подтверждаются реальными фактами. Следовательно, общая тенденция изменения численности нерестовых стад лососей в пределах естественного их ареала мало зависит от ситуации на территории Беларуси". Любопытно, откуда статистика уловов? Скорее всего из официальных источников, то есть от государственных рыболовецких бригад. И если это так, то такие данные не отражают действительность. Главный добытчик проходных лососей был простой рыбак, местный житель, а в массовых количествах - браконьеры, которые не только били электричеством рыб, но не брезговали ДДТ и тротиловыми шашками. И в этом смысле (браконьерский лов) изменение численности лососей отчень даже зависит от Беларуси. Причем по сей день.
С уважением Нина Полуцкая лидер проектов ССВ по сохранению Атлантических лососей в реках Беларуси.
https://www.facebook.com/pages/Salmon-Protection-Project-in-Belarus/549685301774526?ref=hl
 
 
 
 
Владимир Костоусов    20 Января 2014 в 15:56
0
0
Целью публикации было донести свой взгляд на вопрос, а комментарии Планов не служили основной задачей. Тем не менее,  хотел бы подробнее уточнить определенные позиции по полученным отзывам на выступление.
1. Относясь с уважением к позиции общественности вообще и г-жи Полуцкой? в частности, все же не соглашаюсь о первичности средств. Охрана, безусловно, является важным условием в восстановлении численности проходных видов, но без разработки и реализации целого комплекса мероприятий, в первую очередь рыбоводно-мелиоративного характера, добиться успехов было бы невозможно, что признают и сами литовские коллеги. В качестве примера хочется еще раз вернуться к опыту Беларуси: ручьевая форель находятся в Красной Книге с 1981 г., но состояние ее популяций от этого не стало лучше.
В настоящее время на балтийские популяции лососей работают многие рыборазводные заводы стран северной и южной Прибалтики, что обеспечивает поддержание ресурсов и промысла как лосося, так и кумжи. Сходная ситуация была и проходными осетровыми. Так по сообщениям российских экспертов до недавнего времени популяция каспийской белуги была полностью представлена особями искусственного происхождения. Таким образом, для проходных видов,  необеспеченных естественным воспроизводством и с ограниченным нерестовым ареалом, искусственное разведение становится определяющим условием существования. Искусственное разведение не отрицает необходимости сохранения условий и возможностей естественного, хотя бы для поддержания необходимой гетерогенности природных и разводимых стад.
По сообщениям литовских авторов [Кясминас, 2013], в стране насчитывается 12 рек, в которых обитает лосось. Только в р. Жеймена и ее притоках имеется нативное (природное) стадо, тогда как в других они смешанного происхождения или разведенные. И определяется это не столько желанием, сколько приемной (экологической) емкостью водотоков по численности заходящих производителей, объему производства молоди и возможности ее нагула. Данная река потому и индексная, что в нее не прекращался заход производителей даже в самые худшие времена, а количество скатывающейся молоди обеспечивало необходимую выживаемость пополнения.
2. Относительно возраста малька, используемого  для зарыбления, имеется определенная мировая практика, заложенная в технологиях работы лососевых заводов. Все проходные лососи на начальных этапах жизни обитают в пресной воде (стадия «пестрятки»). Длительность периода в зависимости от вида занимает от нескольких месяцев до трех лет, после чего идет скат в море. По рыбоводным технологиям  доращивание ведут до стадии серебрения (смолта), после чего осуществляют их выпуск. Это определяется тем, что смертность от хищничества снижается по мере роста размеров рыбы и сокращения сроков пребывания в реке, поэтому в целях повышения выживаемости выращивание ведут до массы 10-90 г и более  в зависимости от вида [Канидьев, 1984, Иванов, 1988]. На стадии серебрения в организме молоди происходят серьезные физиолого-химические  преобразования, направленные на переход в соленые воды, меняется цвет, форма тела и поведение рыб. Передержка серебрянок в пресной воде ведет к десмолтизации, сопровождаемой повышенной гибелью рыб. Пусковым механизмом серебрения служат факторы внешней среды и физиологическое состояние рыб, в результате чего даже среди одновозрастных и одновидовых групп наблюдаются разные сроки серебрения. Оптимальным сроком выпуска молоди является весна, молодь не достигшая к этому периоду необходимой стадии остается на доращивание еще на год. Поскольку речной период жизни является критическим в формировании численности пополнения стада, выпуск «серебрянок» осуществляют в нижних участках рек. В конечном счете, выбор длительности и стадии выращивания зависит от расположения рыбоводного завода, экономики рыбоводства и приемной емкости водотока зарыбления.  
3. Наличие локальных популяций у лососей является доказанным фактом и направлено на повышение устойчивости вида.  В то же время необходимо иметь представление, что имеется ввиду под «локальной популяцией». Появление новых методов  анализа позволило уточнить и дополнить существующие представления. В частности, проведенный различными лабораториями анализ митохондральной ДНК лосося показал, что в регионе восточной Балтики выделение локальных популяций данного вида весьма условно. Определено, что лосось из рек Неман (Литва), Зап. Двина (Латвия), Пярну, Васалемаа, Кунда (Эстония), Шуя, Кумса (Россия) и озерный лосось оз. Венерн (Швеция) принадлежат к одной группе  без существенных признаков полиморфизма [Лелюна, 2013, Зигнис, 2012]. В свою очередь, даже для рек Литвы выделяют пять гаплотипов кумжи, что, возможно, объясняется большей ее экологической изменчивостью по сравнению с лососем. Для нас это означает, что в работах с лососем можно использовать любой доступный материал (литовского, латышского или российского происхождения), тогда как в работе с кумжей необходимо ориентироваться, возможно, на более географически близкий материал.
4. Усиление охранного статуса нерестового водотока не означает изменения статуса всей территории, тем более, изъятие земель из оборота и смену направленности хозяйственной деятельности. Тем не менее, механизмы придания такового необходимо искать, ибо теряется смысл охраны видов. По действовавшему ранее ГОСТ 17.1.2.04-77 «Показатели состояния и правила таксации рыбохозяйственных водных объектов» водные объекты с местами нереста и массового нагула  особо ценных видов рыб и промысловых водных организмов выделялись как объекты высшей (особой) категории с довольно жесткими требованиями по поддержанию показателей качества воды и грунтов. Эти объекты могли в установленном порядке получать статус заповедников или заказников  соответствующего подчинения, или водных объектов обособленного водопользования. Охрана водных объектов данной категории  проводилась согласно правилам охраны поверхностных вод от загрязнения сточными водами, утверждаемыми в установленном порядке. В данном случае открывается широкое поле деятельности для природоохранной общественности в части инициирования внесения в существующее природоохранное и водохозяйственное законодательство тех или иных норм. Тогда ни СПК ни бобры  не будут чувствовать себя  безнаказанными.
5. Достоверность сведений о составе и величине уловов всегда вызывала вопросы, но лучше пользоваться официальными данными, нежели непроверенными преданиями и летописями. Промысловый лов на транзитных лососевых реках осуществляли только по Неману и Зап. Двине, лова на р. Вилия не вели. По этой причине имеющиеся статистические данные касаются, скорее всего, р. Неман, т.к. р. Зап. Двина к тому времени была уже перекрыта плотиной. Лосось в р. Неман  едва ли поднимался выше г. Гродно, на что указывает топонимия его притоков (ближайший нерестовый приток – р. Лососьна ) впадает практически в черте города. Кумжа могла подниматься и выше, формируя в местах размножения жилые популяции (форель).
Безусловно, что в этих условиях основным добытчиком лосося становился браконьер (лосось во время нерестового хода практически не питается) и рыболов-любитель (кумжа продолжает питаться и ловится на удочку). Люди более старшего поколения, возможно, помнят публикации в альманахе «Рыболов-спортсмен» и журнале «Рыбоводство и рыболовство» на тему «Кумжа в Белоруссии». Браконьерство, несомненно, играло свою роль, но применение ДДТ для отравления рыбы возможно только с угрозой потом отравиться самому, а электоролов - относительно недавнее изобретение. Вместе с тем, при общей численности лосося, мигрирующего  в течении последних десятилетий в р. Неман от 1500 до 64 000 особей и кумжы от 5600 до 12 000 особей [В.Кясминас, 2013] едва ли даже полное изъятие особей, заходящих на территорию РБ, вызовет существенные изменения в численности стада. Учитывая тот факт, что проходные лососи уже к началу 60-х гг. ХХ ст. описывались для нашей территории как исчезающие [Жуков, 1958, 1959,1965], основные причины этого находились за пределами Беларуси.
6. Построенный в Горках форелевый комплекс предназначен, прежде всего, на обеспечение мальками товарных рыбоводных хозяйств. Возить на него отловленных производителей лососей, конечно же, никто не будет. Существенно проще привезти оплодотворенную икру и вывезти мальков. Тем не менее, здесь возможно выращивание и дальнейшее содержание пресноводных холодолюбивых форм и во взрослом состоянии, что делает привлекательным предложение по воспроизводству ручьевой форели, хариуса, сига. Вопрос остается за поиском источников финансирования этих работ, а также в возможности заготовки генетического материала (оплодотворенной икры) от аборигенных популяций (Красная Книга - !!!). Придание этим видам бинарного статуса могло бы способствовать зарыблению подходящих угодий организациями рыболовов-любителей (для последующего лицензионного вылова) и, тем самым, снижению издержек на рыбоводные работы.
С уважением, Владимир Костоусов.
Анатолий Ловкис    13 Февраля 2014 в 0:55
0
0
По поводу пункта 4:
    Приняв участие в акциях патрулирования и мониторинга нерестовых рек пришёл к выводу, что основными проблемами являются загрязнение и бобры. Браконьерство на данный момент вторично, по крайней мере непосредственно в ручьях(на самой Вилии-под вопросом, этот момент пока изучен мало) Очень часто рапсовые и кукурузные поля прямо упираются в реку. А ведь это культуры требующие очень много удобрении и пестицидов. Пожалуй, неплохая альтернатива-многолетние травы в пределах водосбора этих рек.
   Что касается зарыбления  водотоков где на данное время нерест проходных не отмечен(но имел место несколько десятилетий назад), там нужен полный спектр мероприятий по восстановлению благоприятных условии. Другими словами если кумжа/лосось не заходит в свои "исторические" места , ответ надо искать именно конкретно в этой реке. 
213817    15 Февраля 2014 в 21:01
0
0
Не надо сравнивать рыбалку и ее оплату в нашей стране с  другими  странами ( например Канада)Будет у нас такой уровень жизни как у них то можно тогда и говарить. Взять наши платные водоемы .Например Сосновый бор Гомельская обл.Плата 80 тысяч.на зимнею рыбалку .кажись и не очень дорого - но за что платить( на карповниках обеспечивают клев --не обидно отдать деньги ).Щуку не разу не запускали (она там природная )Сетями в нерест вылавливают ее арендаторы самосвалами. (что вся Гомельская обл. обьелась этой щукой девать ее не куда все магазины по области в Щукой забиты)А рыбаки приезжают платят деньги а поймают одну  или пару шнурков(Маленькие щучки)и весь улов.Перестали к ним ездить большое колличество рыбаков.Деньги стрич все горазды а обеспечить нормальную рыбалку не надо .Так вот такие водоемы надо рыбакам обходить стороной.А как их приспичит были такие годы (морозные зимы)так бесплатно пускали ловить рыбу только что бы лунки во льду сверлили--боялись замора рыбы..И это правельный подход к рыбакам и рыбалки?
213817    15 Февраля 2014 в 21:11
0
0
 Еще хотелось бы услышать пояснения про Аренду рек Белоруссии (кажется что наши реки-- это дотояние народа Белоруссии а не кучки людей от которых государству и простым людям  не какой пользы )
Валерий Мосейкин    29 Октября 2014 в 5:21
0
0
Анатолий Ловкис писал:

По поводу пункта 4:
    Приняв участие в акциях патрулирования и мониторинга нерестовых рек пришёл к выводу, что основными проблемами являются загрязнение и бобры. Браконьерство на данный момент вторично, по крайней мере непосредственно в ручьях(на самой Вилии-под вопросом, этот момент пока изучен мало) Очень часто рапсовые и кукурузные поля прямо упираются в реку. А ведь это культуры требующие очень много удобрении и пестицидов. Пожалуй, неплохая альтернатива-многолетние травы в пределах водосбора этих рек.
   Что касается зарыбления  водотоков где на данное время нерест проходных не отмечен(но имел место несколько десятилетий назад), там нужен полный спектр мероприятий по восстановлению благоприятных условии. Другими словами если кумжа/лосось не заходит в свои "исторические" места , ответ надо искать именно конкретно в этой реке.
Казалось бы, где лесостепная Саратовская область и где лососи? Однако в нескольких мелких лесных речках области с давних времен живут ручьевые форели, как мне рассказали, запущенные туда полтора или даже два столетия назад некой местной графиней (не помню ее фамилии, но она известна). В конце восьмидесятых мы (областное охотуправление) запустили в местные лесные речки крупную форель, специально привезенную из Адлерского питомника. И вскоре забыли про них. А спустя лет десять, местные деревенские рыбаки встали "на уши" - в безрыбных лесных ручьях объявились крупные лососи! Обследование показало, что выжили они ТОЛЬКО (!) благодаря многочисленным здесь бобрам, которые сооружали на мелководных, периодически пересыхающих, а зимами местами промерзающих до дна лесных ручьях, каскады плотин, расчищали русла ручьев, прорывали каналы, а в зимний период обеспечивали зимующим в бобровых "прудах" под толстым слоем льда и снега рыбам, круглосуточную аэрацию, что особенно важно для лососевых.
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.