Голым по джунглям

0 1654 2 ноя 2017

В 2008 году капитан британской армии Эд Стаффорд отправился в путешествие вдоль Амазонки. Он и представить не мог, что вернется домой только через два с половиной года: в одиночку Эд преодолел 9600 километров вместо запланированных 6400 и попал в Книгу рекордов Гиннесса. Новое шоу «Эд Стаффорд: выживший» на Discovery Channel один из самых серьезных вызовов в карьере экстремала, поскольку на этот раз он самостоятельно искал путь из опасных точек земного шара.

Специалист по выживанию рассказал, как он готовится к каждому путешествию.

Осознание того, что вы — первый человек в мире, прошедший вдоль всей Амазонки, помогало в дальнейших экспериментах по выживанию?

– Я считаю, что Амазонка была самым масштабным экспериментом в моей жизни с точки зрения продолжительности. Это путешествие в два с половиной года, и оно не задумывалось как эксперимент по выживанию.

Мне повезло, что я сотрудничал с Discovery Channel. С самого начала в Discovery Channel проявили интерес к моему походу пешком вдоль Амазонки. И когда я вернулся с 180 часами видеоматериалов, канал сделал из них программу, которая вышла в эфир по всему миру. У программы были отличные рейтинги, поэтому мне предложили принять участие в других проектах.

1(764).jpg

У меня не было особого желания уезжать еще на два с половиной года, чтобы сделать двухчасовую программу. Поэтому мы собрались и придумали другие варианты, которые требовали меньше времени, но в них было не меньше экстрима. Несколько версий я отмел сразу как слишком простые. Пройти пешком вдоль другой реки было бы слишком просто. Идти с группой людей или другими гидами тоже было бы слишком просто. Выживать с запасом — снова слишком просто.

Поэтому мы остановились на такой идее: меня оставляют на необитаемом острове без еды, без ножа, без снаряжения для выживания и даже без одежды. Смогу ли я выжить?

Я понятия не имел, что может случиться. У меня не было ответа на этот вопрос. Это была очень сложная задача, потому что мне нужно было снимать весь процесс самому, но я был готов к этому. Вот так все это и началось. Именно так экспедиции превратились в создание телевизионных программ.

Прежде чем куда-то отправиться, что в первую очередь вы изучаете об этом месте?

– Зависит от особенностей климата и ландшафта: будет ли там жарко или холодно, засушливо или дождливо и так далее. От этого зависит и список снаряжения. В новой программе «Эд Стаффорд: выживший» я мог взять с собой только ту одежду, которая была на мне. Я мог менять одежду только в другом регионе, куда попадал после, чтобы подстроиться под климат. Например, в одной из серий я находился в горах Алтая на российско-китайской границе: было очень-очень холодно, зима только-только закончилась. И понятно, что я не мог быть в той же одежде, что в серии о Панаме, которую мы снимали в Дарьенском пробеле. Поэтому единственное по-настоящему важное решение, которое нужно было принять перед поездкой, — какую одежду взять, чтобы справиться с условиями окружающей среды.

2(848).jpg

Помимо этого, когда я приезжаю в ту или иную страну, у меня обычно есть несколько дней, чтобы поучиться у местных. Например, в панамских джунглях аборигены посоветовали мне, какие листья лучше всего подходят для строительства убежища и какая методика разжигания костра самая лучшая. Для меня очень важно провести какое-то время в стране, куда я еду, чтобы подготовиться. Никогда не отправляюсь в путешествие с мыслью, что уже все знаю, потому что, понятное дело, это не так. Я по-прежнему учусь, и это позволяет мне приобретать новые навыки. Благодаря этому содержание программ постоянно меняется, я не делаю одно и то же каждый раз. Это непрерывный процесс.

Чем вам запомнился Алтай?

– Меня свели с ума горы Алтая на российско-монгольской границе, потому что это была самая сложная задача из всех и необычный опыт.

Если бы у меня была возможность отправиться туда в полноценную экспедицию, то есть с полным набором снаряжения, запасами еды, она все равно была бы масштабной, ее пришлось бы планировать несколько месяцев. Оказаться там без еды и оборудования, идти пешком по горам Алтая, чтобы добраться до деревни на другой стороне — это был серьезный вызов. Я очень нервничал перед этой экспедицией. Это одна из тех серий, которой я горжусь. Путешествие не прошло идеально. Я не хочу рассказывать слишком много, но были моменты, когда мне в экстренном порядке приходилось рыть убежище в снегу.

3(737).jpg

– О чем вы думаете, когда находитесь в дикой природе в одиночестве?

– Мне есть о чем подумать. Практически все мои телевизионные программы были сняты в условиях, где у меня не было ни воды, ни еды. И очень сложно думать о чем-то другом, кроме них. Я обычно зацикливаюсь на этих двух моментах, особенно на воде. Еще по ходу каждой серии я начинаю думать об ориентировании в пространстве. У меня нет GPS, нет компаса. Ориентируюсь по тем подсказкам, которые дает мне природа, чтобы понять, иду ли я в правильном направлении, будь то положение солнца или растительность. Затем накладывается еще один уровень — мне нужно думать о съемках. Я снимаю всю программу самостоятельно, так что со мной никого нет.

4(651).jpg

Мне нужно подумать: если я буду идти пешком по местности, как это снимать — поставить камеру на землю и идти мимо нее? Или запустить беспилотник, потому что в программе было не так много материалов, снятых беспилотником? И мне нужно рассуждать с творческой точки зрения. То есть ты делаешь все, что нужно для выживания, и одновременно думаешь обо всем этом. Плюс ты снимаешь и рассказываешь историю. Кроме того, есть еще и повседневные моменты, которые тебя волнуют: идет ли все так, как я надеялся? Далеко ли продвинулся? Смогу ли дойти вовремя? Все эти вопросы заставляют тебя двигаться вперед и не дают расслабиться.

Если у тебя нет еды, довольно сложно расслабиться, пока ты не найдешь что поесть. Стараюсь все это контролировать с помощью медитации по утрам и вечерам. Состояние нирваны, согласно учению Будды, — это то состояние, в котором страданий больше нет.

Это важная стратегия выживания лично для меня, потому что есть так много поводов легко впасть в панику. Когда я начинаю испытывать стресс, перестаю функционировать как следует, у меня не идет съемка, перестаю соображать. Так что я люблю медитировать, чтобы немного отстраниться от всего этого и взглянуть на все со стороны. Потом все кажется выполнимым.

– Чтобы было проще контролировать свои мысли и поведение в экстремальных условиях, вы привлекали психологию и НЛП. Сейчас активно пользуетесь этим?

– На мой взгляд, жизнь научила меня тому, что ты не можешь контролировать свои мысли. У меня сложилось впечатление, что они автономны. И чем больше ты стараешься их контролировать, тем больше расстраиваешься и усложняешь себе жизнь. Мне кажется, каждый из этих экспериментов по выживанию был более сконцентрированной и напряженной версией жизни. И контролировать психологический аспект крайне важно. И – да, я больше не использую нейролингвистическое программирование. Изначально пользовался этими техниками, когда путешествовал вдоль Амазонки. Это была моя первая попытка получить некое представление о психологии.

5(538).jpg

Сейчас я пользуюсь методиками осознанного наблюдения и медитации, чтобы отключиться от этих мыслей и взглянуть на все со стороны. Если я этого не делаю, начинаю волноваться, беспокоиться; множество мыслей теснится в моей голове и не позволяет мыслить ясно. Но когда ты просто даешь себе возможность немного отойти от всего этого и не пытаться все контролировать, просто позволить всему развиваться естественно, наблюдать и не идти на поводу у этих мыслей, все становится на свои места и кажется более выполнимым. Это помогает. Помимо практических вещей — умения разжечь костер, построить убежище или добыть пропитание — существует действительно важный фактор, наверное, самый важный фактор из всех — умение контролировать свое сознание.

–  Вы сказали, что, когда были в джунглях в Лаосе, съели гриб, который подействовал на вас лучше, чем «Прозак». Узнали, что это был за гриб?

–  Как уже говорил, я провел некоторое время с местными жителями до начала съемок серии. Они показали мне несколько видов грибов, которые были однозначно съедобными. Я их узнал и начал есть (съел очень много), судя по всему, некоторые из них не были съедобными. Потому что когда я лег спать, мне казалось, что джунгли вокруг меня дышат, пульсируют — что-то среднее между дыханием и сердцебиением. Я помню, как лежал на земле и улыбался, понимая, что некоторые из съеденных мною грибов обладали галлюциногенными свойствами. Когда я проснулся на следующий день, чувствовал себя потрясающе, чувствовал себя сильным. Так что эффект был интересным, но я не знаю, что именно это было.

–  Что сложнее для человека — пережить суровые погодные условия и голод или одиночество?

–  Не знаю. Если вы читали мою вторую книгу «Голое выживание», то сами знаете ответ на этот вопрос. Я плохо переношу одиночество. Есть люди, которым несложно быть в одиночестве и которые прекрасно справляются с этим. Я знаю многих любителей приключений, которым пришлось провести огромное количество времени в одиночестве, и это не было проблемой. Но мне необходимо общение. Я получаю больше удовольствия, когда могу пережить что-то вместе с другими. Так что я выбрал странную профессию, ведь меня вечно оставляют в одиночестве. Это тяжело для меня, потому что я предпочитаю быть в компании людей. Очень напряженный период, когда ты один и каждое решение имеет последствия, тебе не к кому обратиться за советом, не с кем посмеяться.

6(490).jpg

–  Вы как человек, который привык обходиться природными источниками, можете вести весьма аскетичный образ жизни. Но все же — как вы относитесь к комфорту вне экспедиций?

–  За все эти годы я научился не полагаться на материальные вещи. Мои программы сами по себе предполагают, что я отправляюсь в путешествие без ничего. Изначально, когда появилась идея программы «Голое выживание», мне казалось, что это будет очень-очень сложно. Но чем больше времени я провожу в дикой природе и чем больше мне приходится полагаться на природные ресурсы и природные источники питания, тем больше понимаю, что все эти удобства не так уж нужны. Тем не менее, когда я возвращаюсь домой, получаю удовольствие от простых вещей — возможности спать в собственной кровати рядом с моей женой, видеть своего маленького сына. Моему ребенку три месяца.

Я не мечтаю о каких-то изысках или ресторанной еде — мечтаю о том, чтобы вернуться домой и увидеть мою семью. Все просто.

–  Вы являетесь образцом для подражания для многих поклонников вашего телевизионного жанра. Чувствовали ли бы вы свою ответственность, если бы кто-то пострадал, пытаясь повторить ваши эксперименты?

–  Недавно был случай, когда девушка погибла в бассейне Амазонки: она сплавлялась по реке на каяке, на нее напали и застрелили. Некоторые могут сказать: «О чем она вообще думала? Конечно, это опасно, лучше бы сидела дома». Я не соглашусь с этим. С точки зрения статистики, вероятность погибнуть в автомобильной аварии в родном городе выше, чем при поездке в отпуск. Из всех туристических направлений, которые выбирают отдыхающие из Англии, чаще всего они погибают в Испании, потому что люди напиваются и пытаются вылезти на балкон в отеле, к примеру. Поэтому я приветствую экстремальный туризм, и, по моему мнению, те люди, которые предпочитают его, по определению берут на себя большую ответственность.

7(427).jpg

Они оценивают риски, следят за собой и больше знают об опасностях, чем те, кто просто едет в отпуск. Не поймите меня неправильно: я не призываю людей совершать сумасшедшие поступки. Если людей вдохновляют мои программы и они отправляются в подобное путешествие, то должны брать на себя ответственность. Им нужно пройти обучение, приобрести необходимые навыки, которые им пригодятся в определенных ситуациях. Но в целом это хороший опыт, позитивный. И я хочу еще раз подчеркнуть, что с точки зрения статистики люди, занимающиеся экстремальным туризмом, реже попадают в беду, чем люди, отправляющиеся на пляжные каникулы.

–  Вы посетили большое количество удивительных мест: остались ли еще те, где бы вы обязательно хотели побывать?

–  Конечно! Я пока что объехал где-то треть планеты, и есть множество мест, где я хотел бы побывать. Я никогда не был в Китае. Я никогда не был в Индии. Есть другие удивительные уголки планеты, где я еще не бывал. Я бы хотел однажды отправиться на Южный полюс. И не скрываю тот факт, что в прошлом году я пытался организовать экспедицию в Антарктиду, но мне не удалось найти бюджет. Так что да: есть большие и серьезные экспедиции и путешествия, в которые мне хотелось бы отправиться.

8(369).jpg

–  После всех ваших приключений вы бы сказали, что жизнь прекрасна или опасна?

–  Я никогда не считал дикую природу опасной. Мне некомфортно как раз среди людей в большом городе. Причина, по которой людям казалось, что мой пеший поход вдоль Амазонки был таким впечатляющим подвигом — они не знают джунгли. Люди боятся того, чего не знают. На нашей планете так много красивых мест. Так что ответ на вопрос прост: она прекрасна. Конечно, существуют опасности, но если я более-менее подготовлен, заряжен и готов использовать свой опыт, чтобы выполнить поставленную задачу, стараюсь не поддаваться страху. Мне кажется, что это неправильный подход, если речь идет о дикой природе. Нужно относиться к ней с уважением. Прекрасного и увлекательного в жизни больше, чем страшного.


Мария ТИЩЕНКО

Фотографии Discovery channel

Комментарии пользователей (0)
Оставьте ваш комментарий первым
Для того чтобы оставить комментарий, необходимо подтвердить номер телефона.