Как один «краснокнижник» съел второго

Денис Китель
орнитолог
0 533 10 Авг 2017

Эта история произошла на днях, когда я вернулся в свою родную Малориту и, по обыкновению, отказался проводить день в четырех стенах, несмотря на обещанную ужасающую жару.

Одно из моих любимых направлений – биологический заказник местного значения «Гусак», в который я приезжаю на дизель-поезде (15 минут от города). В этот раз задача, которую я себе поставил, была выследить пару малого подорлика, известную здесь как минимум с 2007 года. За десятилетний период птицы периодически «смещались», видимо, оттого, что местный лесхоз ввиду своей малой грамотности в области охраны природы вырубал гнездовые биотопы. Найти гнездо – значило бы спасти эту пару птиц, передав место ее обитания официально под охрану землепользователю – тому же лесхозу. Такова наша система природоохраны: коль на бумаге – то спасешь, а когда пальцем ткнешь, так это как бы ничего и не значит. К сожалению, за день наблюдений лишь выяснилось, что птицы охотятся в двух километрах от выбранной мной точки наблюдения и, вероятно, гнездо также находится где-то там. «Засечь» гнездо в этот раз не удалось…

Но получилось сделать другое интересное наблюдение. Площадка, которую я выбрал для слежения за хищниками, – плотная каменистая дорожка вдоль железнодорожных рельсов. Пойма небольшой лесной речки Замшанки как бы разделяет два массива леса, позволяя смотреть широко вокруг. С одной стороны железной дороги – освоенные земли, в этом году засаженные кукурузой, с другой – сенокосные луговины. Сами берега речки густо заросли осокой, камышом и тростником.

Еще в детстве меня захватил мир дикой природы, а моей первой животной страстью (давайте опустим иные значения подобных формулировок) стали одиночные осы. Долгое время моей настольной книгой была «Осы-охотницы» Жан-Анри Фабра. До сих пор я мечтаю как-нибудь вернуться к моим любимым перепончатокрылым с научным интересом, но пока лишь ограничиваюсь случайными наблюдениями.

На этот раз меня привлекло громкое жужжание вокруг моих вещей (рюкзака и трубы). Оказалось, я бросил вещи прямо на мини-колонию сфекса погребального (Sphex funerarius) – вида, с недавнего времени занесенного в Красную книгу Беларуси. Крупная черная оса с наполовину красным брюшком пыталась протиснуться в свою норку, которая оказалась под ножкой штатива.  Что ж, пожалуйте, – сдвигаю вещи с утрамбованной части дороги на траву.

Утро – время проверить, не засыпалась ли норка за ночь. Оса расчищает вход, убирая небольшие камешки своими челюстями, передними лапами работает на манер комбайна. На какое-то время я забываю про соседей и вспоминаю лишь тогда, когда к ближайшей норке оса притаскивает «кузнечика».

1.jpg 2.jpg 3.jpg 4.jpg

Здесь необходим краткий экскурс в образ жизни осы-сфекса. Как и другие одиночные осы, сфексы, как следует из названия, живут поодиночке, в отличие от общественных видов ос, создающих коммуны, где каждый член выполняет определенные функции. Это значит, что одиночная оса-сфекс должна сама создать жилище для своих детей, а также самостоятельно добыть провизию. Каждый вид одиночных ос специализируется на определенных группах добычи, а очень часто – даже просто на определенных родах или видах. Например, бембексы охотятся на крупных мух, а краброниды – на мелких, аммофилы добывают гусениц ночных бабочек-совок, а филланты – медоносных пчел.

5.jpg 6.jpg

Сфексы научились охотиться на прямокрылых. Что интересно, «кузнечики» (ставлю кавычки, так как подразумеваю группу видов, более удобную в просторечии называть «кузнечики»), приносимые осой, живы! Как опытный хирург, сфекс наносит несколько точных ударов жалом-стилетом в нервные узлы жертвы, парализуя работу конечностей и челюстей, но оставляя работать жизненно необходимые органы, обеспечивающие движение гемолимфы и дыхание. Такие «живые консервы» оса прячет в норку и откладывает на них яйцо. Быстро вылупившаяся личинка осы на долгое время обеспечена провизией, словно из холодильника свежее мясо достала.

С часов 10, как только солнце стало по-настоящему припекать, активность в колонии резко возросла. Осы постоянно приносили провизию, и я даже не успевал все это запечатлевать на фотопленку. Моя близость мало смущала перепончатокрылых, они продолжали свои дела, даже когда объектив находился в 20 сантиметрах от норки. Все же одна оса «занервничала» и отлетела на время, оставив провизию лежать на видном месте. Этим тут же воспользовалась ее соседка, только что притащившая свежего «кузнечика». А почему бы не забрать и соседского? Похоже, я стал свидетелем зарождения криминала в мире насекомых: обе добычи, и своя, и чужая, занесены в одну норку.

8.jpg

7.jpg 9.jpg 10.jpg

Что особенно меня поразило, так это основная добыча сфекса. На 90% это были мечники короткокрылые (Conocephalus dorsalis) – среднего размера прямокрылые насекомые, зеленые, с длинными усами и загнутым чуть вверх яйцекладом. Мечников осы добывали в травянистых зарослях по берегам Замшанки и мелиоративных каналов. По иронии, мечник также является видом-«краснокнижником».

И про сфекса, и про мечника в Беларуси известно крайне мало. В новом издании Красной книги по сфексу приводится четыре места обитания, по мечнику – три… Для обоих видов Малоритский р-н – новая точка на карте. Помимо факторов антропогенного характера, так интенсивно влияющих на нашу природу в последнее время, безусловно, существует и масса биотических, редко нам заметных. Тем не менее бить в колокола не стоит: природа давно научилась регулировать себя, и один вид попросту не может уничтожить другой. Как сказал бы сам француз Фабр, «C’est La Vie».

А вот изменение места обитания, например, кошение берегов реки и каналов, а также превращение лугов в поля, скорее всего поставят крест на мечниках, а с ними заодно и на сфексах, которым станет вдруг нечем кормить свое потомство.

На территории заказника «Гусак» список видов животных-«краснокнижников» уже был довольно солидный, включающий более двух десятков видов. Теперь в него добавилось еще два.

Комментарии пользователей (0)
Оставьте ваш комментарий первым
Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться.